.

4 типа привязанности

Содержание

Типы нарушенной привязанности

Существуют разные подходы к классификации и описанию нарушений привязанности. При этом многие авторы, имея расхождения в терминологии, сходятся в описании содержания. Здесь приводится один из вариантов такой классификации.

Негативная (невротическая) привязанность: ребенок постоянно «цепляется» за родителей, ищет «негативного» внимания, провоцируя родителей на наказания и стараясь раздражить их. Появляется как в результате пренебрежения, так и гиперопеки.

пример:

Мальчик Андрей впервые попал в учреждение в три года. Он был доставлен из милиции, до этого его неоднократно задерживали в метро вместе с людьми, занимающимися попрошайничеством. По документам у него был статус «подкидыш». В период жизни в разных учреждениях ребенок отличался вспышками агрессивного и протестного поведения (все делал наоборот, был очень упрямый). Специалисты, работавшие с ребенком, выяснили, что у мальчика не было опыта привязанности к кому-либо из близких взрослых, он никого не мог назвать из значимых людей, вспомнить кого-то из тех, кто его любил. Также было известно, что нуждами ребенка пренебрегали: его били, плохо кормили, плохо одевали, крайне редко мыли… Когда Андрею было шесть лет, ему нашли семью. Мальчику очень понравились приемные родители, он с удовольствием пошел к ним жить. В приемной семье с ребенком очень хорошо обращались, заботились о нем, зная о всех лишениях, которые он перенес. Через три дня пребывания в семье мальчик сказал: «Мама, папа, отвезите меня обратно в детский дом, не надо меня так любить». Этот ребенок пугался и реагировал агрессией на позитивное внимание к себе (похвалы, внимание к его нуждам, ласковые слова) и, нуждаясь во внимании, старался привлечь его к себе какой-нибудь каверзой, негативным поведением. На расспросы взрослых о причинах его действий шестилетний мальчик честно говорил: «Я так привык» и «Я вам не верю, вы притворяетесь добрыми». В дальнейшем специалисты и родители работали над ослаблением у ребенка гнева, вызванного плохим обращением с ним в детстве со стороны взрослых, а также над формированием доверия и позитивной привязанности в новой семье. В настоящее время Андрею пятнадцать лет, он учится в частной школе, живет с родителями за границей, у него прекрасные близкие отношения с семьей. Есть отдельные трудности в самореализации, но его социальное поведение адекватно и конструктивно.

В период адаптации в семье многим детям свойственно провоцирующее поведение: они и проверяют прочность отношений в новой семье, и стараются отстаивать свои границы – тому есть много причин. В данном случае имело огромное значение то, что приемные родители при поддержке специалистов смогли преодолеть страх ребенка перед близостью и помочь ему начать доверять семье.

Амбивалентная привязанность: ребенок постоянно демонстрирует двойственное отношение к близкому взрослому («привязанность-отвержение»), то ластится, то грубит и избегает. При этом перепады в обращении являются частыми, полутона и компромиссы отсутствуют, а сам ребенок не может объяснить своего поведения и явно страдает от него. Характерно для детей, чьи родители были непоследовательны и истеричны: то ласкали, то взрывались и били ребенка (эмоциональное и физическое насилие), делая и то, и другое бурно и без объективных причин, лишая тем самым ребенка возможности понять их поведение и приспособиться к нему. Такое обращение с детьми встречается как в неблагополучных семьях, где родители непоследовательны в силу алкоголизма, так и в социально благополучных, но дисфункциональных семьях.

пример:

Девочка-подросток, в приемную семью попала в возрасте двенадцати лет. Ее кровная мать воспитывала дочь одна и умерла от онкологического заболевания, когда девочке было восемь лет. Мать до болезни выпивала, но при этом дочку любила, старалась заботиться о ней. Из рассказов девочки и людей, знавших семью, известно, что мать была неуравновешенной по характеру, взбалмошной, могла внезапно накричать на девочку или побить ее. Тяжелое заболевание вкупе с алкоголизмом усилило ее природную эмоциональную неустойчивость. Девочка «назло ей», в отместку за что-то могла уйти из дома, дерзила, не слушалась. Когда мать умерла, девочка продолжала вести себя таким же образом со взрослыми в учреждениях и затем – в приемной семье. В ходе жизни в замещающей семье в поведении девочки отмечалось чередование периодов понимания, близких и теплых отношений с приемной мамой с периодами вздорного и деструктивного поведения. Сама девочка переживала по поводу этих «вспышек», говорила, что любит приемную маму и знает, что и та очень любит ее, но не может вести себя иначе, как будто что-то заставляет ее. Важно было помочь девочке пережить утрату кровной мамы и преодолеть чувство вины перед ней. Совместная работа специалистов и приемной мамы была направлена на то, чтобы у ребенка сформировались рефлексии и самоконтроль в социальных отношениях, а также чтобы она смогла освоить позитивные модели отношений с другими людьми. В настоящий момент девочке восемнадцать лет, она сама стала мамой, живет в гражданском браке с мужем в доме своей приемной семьи и ждет получения собственной жилплощади. В ее отношениях с близкими по-прежнему присутствуют перепады от плохого к хорошему, но они не носят такого критического и разрушительного характера, как прежде. Она хорошо заботится о своем ребенке и у нее прочные отношения с близкими.

Избегающая привязанность: ребенок угрюм, замкнут, не допускает доверительных отношений со взрослыми и детьми, хотя может любить животных. Основной мотив – «никому нельзя доверять». Подобное может быть, если ребенок очень болезненно пережил разрыв отношений с близким взрослым и горе не прошло, ребенок «застрял» в нем; либо если разрыв воспринимается как «предательство», а взрослые – как «злоупотребляющие» детским доверием и своей силой. Со временем замкнутость и неприязненность проходят, но дистантность и осторожность в отношениях сохраняются.

Причиной формирования такого типа нарушенной привязанности может быть сочетание личностных особенностей ребенка (цельность характера, ригидность и чувствительность) и потери единственного источника эмоционального тепла в ситуации эмоционального отвержения и/или физического насилия со стороны ближайшего окружения.

Специалисты, занимающиеся семейным устройством, время от времени имеют дело с детьми, которых потенциально легко было бы устроить в семью: ребенок не имеет грубых нарушений в развитии, достаточно адекватен в поведении, способен поддерживать социальные отношения с воспитателями и детьми в детском доме. Однако эти дети либо категорически не хотят идти в семью, и тверды в своем намерении, или под давлением персонала детских домов соглашаются пойти в семью, но в семье делают все для того, чтобы их вернули. Специалистам важно не смешивать эти ситуации со случаями естественного страха детей перед кардинальными изменениями в их жизни, когда они боятся сделать первый шаг, но затем идут в семью и успешно там приживаются. Для детей с избегающей привязанностью возникающая близость в отношениях означает неминуемость расставания и связанной с этим боли. Чем сильнее чувство привязанности, тем сильнее паника и желание убежать. Этот страх заставляет детей бороться с чувством привязанности и стремиться к увеличению дистанции или разрыву отношений со значимыми людьми. Семейное устройство для таких детей возможно только в те семьи, где взрослые – личностно зрелые и эмоционально благополучные люди, которые способны принимать ребенка с его потребностью в значительной дистанции в отношениях и скупыми проявлениями теплых чувств.

«Размытая» привязанность: так можно обозначить часто встречающуюся особенность поведения у детей из домов ребенка, особенно «отказников», живущих в учреждениях с рождения. Они ко всем прыгают на руки, с легкостью называют взрослых «мама» и «папа», и так же легко отпускают. То, что внешне выглядит как неразборчивость в контактах и эмоциональная прилипчивость, по сути представляет собой попытку добрать качество за счет количества. Дети стараются хоть как-нибудь, от разных людей получить тепло и внимание, которое им должны были дать близкие. Основной причиной такого поведения является эмоциональная депривация и отсутствие опыта привязанности к конкретному человеку в раннем детстве. Младенцы категорически не должны находиться в учреждениях, это наносит огромный урон их физическому и психическому развитию, что подтверждается большим количеством научных исследований за последние сто лет. В большинстве развитых стран мира не существует домов ребенка, все маленькие дети сразу устраиваются в семьи.

пример:

Девочка Даша в семью была устроена в возрасте трех с половиной лет из дома ребенка. Для приемных родителей большой проблемой стало то, что в любом общественном месте девочка легко могла пойти на руки к тому, кто ласково с ней заговорит или просто проявит к ней внимание. Также она постоянно «терялась», стоило родителям отпустить ее руку в людных местах, потому что не имела привычки внимательно следить за своими родителями, держаться с ними рядом и подавать знаки – плакать, кричать, потеряв их из вида, как обычно делают дети ее возраста. Работа специалистов была направлена, с одной стороны, на то, чтобы родители привыкли отслеживать поведение Даши так, как если бы она была ребенком гораздо более младшего возраста. С другой стороны, специалисты работали с Дашей на понимание ею разницы в отношениях и способах поведения с близкими взрослыми (семья) и со всеми остальными (социум). С течением времени у девочки сформировалось чувство привязанности к своей семье. В настоящее время ей десять лет, ее социальное поведение в целом адекватно, хотя сохраняется поверхностная общительность и доверчивость.

Дезорганизованная привязанность: эти дети научились выживать, нарушая все правила и границы человеческих отношений, отказываясь от привязанности в пользу силы: им не надо, чтобы их любили, они предпочитают, чтобы их боялись. Наличие привязанности помогает формированию у человека сочувствия другим и ограничивает в разрушительных действиях. Дети с дезорганизованным типом привязанности ничем не ограничены в своем разрушительном поведении и не испытывают сочувствия к другим. Специфическое ощущение «мне ничего не жалко, потому что нечего терять» дает им иллюзию свободы и силы по сравнению с другими людьми. Семья как таковая ценна для этих детей тем, что там меньше, чем в учреждении, степень контроля. Их действия в отношении других людей или животных могут носить жестокий характер. Они не испытывают раскаяния по поводу совершенных действий и входят в группу риска по криминальному поведению.

Все вышеописанное характерно для детей, подвергавшихся систематическому жестокому обращению и насилию, пренебрежению интересами и никогда не имевших опыта привязанности (эмоциональное отвержение и насилие).

пример:

Два брата жили в семье с одинокой пьющей матерью, которая часто применяла физическое насилие в отношении детей (жестоко била). Также в семье была бабушка, которая уделяла внимание старшему внуку и игнорировала младшего, поскольку он не был ребенком ее сына. Когда старшему мальчику было десять лет, а младшему шесть, их кровная мать была лишена родительских прав. Бабушка не могла взять опеку над детьми, поэтому они попали сначала в приют, а затем в детский дом, где для них довольно быстро нашли приемную семью. Оба ребенка были привлекательны внешне, физически здоровы, их интеллектуальное развитие было близко к возрастной норме. К моменту семейного устройства было известно, что ни к кому из кровных родственников пойти жить дети не могут, и мальчики сознательно согласились жить в приемной семье, которая им понравилась. В этой семье были мама и папа с опытом воспитания собственных детей. Старший мальчик достаточно быстро адаптировался в семье, хорошо учился в школе, и его отдельные поведенческие проблемы были решаемы. Младший ребенок, которого очень полюбила приемная мама, в семье постоянно провоцировал конфликты. В контактах со сверстниками был агрессивен (склонен к жестоким дракам) и деструктивен; имея сохранный интеллект, категорически не хотел учиться в школе. Он очень рано стал пробовать курить, воровал. В любых социальных ситуациях мальчик не принимал никаких правил, кроме своих собственных. В возрасте двенадцати лет его поведение стало совершенно неконтролируемым, и никакие усилия родителей и специалистов не могли изменить ситуацию. Мальчик возвратился в детский дом. Были предприняты еще две попытки устроить его в приемные семьи, он не прижился нигде, и все родители говорили одно и то же: «Он ни к кому не испытывает привязанности, его поведение невозможно контролировать». Для специалистов стало очевидным, что усилия по формированию привязанности у этого ребенка ни к чему не приводят, и все, что можно сделать – это просто добиваться снижения деструктивности его поведения ограничениями и жестким контролем. В возрасте шестнадцати лет мальчика перевели в колледж с общежитием. Известно, что в дальнейшем он был замешан в торговле наркотиками, и в целом его поведение носило криминальный характер.

В этом примере очень важно, что у двух братьев был разный эмоциональный опыт в раннем детстве и разные особенности личности. Старший брат застал тот период, когда обстановка в семье была лучше: мать еще не так много пила, бабушка хорошо относилась к ребенку. По характеру старший мальчик был более оптимистичным, уживчивым, контактным и эмоционально теплым. Младший брат жил в гораздо более жестких условиях: семья была к этому времени в худшем состоянии и социально, и материально. Мальчик не получал эмоционального тепла ни от матери, ни от бабушки, подвергался жестокому обращению. Личностными особенностями этого ребенка всегда были выраженные лидерские черты, упрямство и настойчивость в достижении своих целей.

Очень важно понимать, что не любые агрессивные/деструктивные проявления в поведении детей являются признаками дезорганизованной привязанности! Разрушительное поведение и непослушание может быть результатом негативного социального опыта, фазой отреагирования утраты, может быть обусловлено ситуативными причинами, возрастными кризисами и т. д.

Только в том случае, когда:

– имеется комплекс признаков расстройства привязанности, диагностированный специалистами (профессиональными психологами), соотнесенный с жизненной историей ребенка и его личностными особенностями;

– проводится профессиональная реабилитационная работа вкупе с попытками социальной реабилитации при участии взрослых, испытывающих эмоциональное тепло к данному ребенку;

– и ни то, ни другое не приводит к положительным изменениям в поведении ребенка и его отношениях с людьми в течение долгого времени, – только в этом случае можно делать вывод о дезорганизованном характере привязанности этого ребенка.

Все приемные родители сталкиваются с трудностями в поведении и проблемами в отношениях с детьми. Родители могут чувствовать себя растерянными, сердиться на приемных детей. Очень важно не делать поспешных выводов на основе возникших сильных негативных чувств и прочитанных про дезорганизованную привязанность книг! Большая часть затруднений поправима, и большинство приемных семей преодолевают тяжелые периоды, так как настоящая дезорганизованная привязанность встречается нечасто.

Таким образом, у детей, разлученных со своими семьями, могут наблюдаться разные типы нарушенной привязанности. При первых четырех типах нарушений привязанности (негативная, амбивалентная, избегающая, размытая) детям требуется помощь приемных семей и специалистов. С течением времени многие душевные раны детей врачуются благодаря нормальной родительской заботе и опыту позитивных отношений со взрослыми, которые ребенок получает в приемной семье. Вмешательство специалистов требуется там, где родители не понимают, что происходит с приемным ребенком, или негативные проявления сохраняются абсолютно неизменными, несмотря на долгий срок жизни ребенка в благополучной ситуации.

При дезорганизованной привязанности, прежде всего, необходим внешний контроль и ограничение разрушительной активности, а затем уже реабилитационные мероприятия. Однако дети с дезорганизованной привязанностью не так часто попадают в приемные семьи.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Источник: https://educ.wikireading.ru/5519

Привязанность ребенка к наиболее близкому взрослому — одно из самых важных психических приобретений на первом году жизни. Это длительная во времени эмоциональная связь, придающая малышу уверенность, помогающая взаимодействовать с миром предметов и людьми, входить в социум.

Объект и признаки явления

Выбор объекта привязанности неоднозначен. Чаще всего это мать, или отец, или кто-то заботящийся о ребенке. В разных социальных ситуациях объектом может стать воспитатель, няня. Поэтому корректным будет и такое соотношение, как «ребенок — заботящийся о нем», а не только «ребенок — мать».

Признаки привязанности:

  • самый важный человек лучше других может успокоить, утешить;
  • к нему ребенок обращается в поисках душевного тепла, эмоционального общения чаще, чем за удовлетворением других потребностей;
  • реакция на разлуку — негативная;
  • в присутствии этого человека ребенок реже, чем с другими, испытывает страх и чаще – ощущение безопасности.

Привязанность формируется к тому, кто заботится о малыше ежедневно, ухаживает за ним, когда он болен, расстроен, испуган. Качество привязанности зависит от отношения взрослого к ребенку. Из всех педагогических ролей взрослого роль объекта привязанности — самая важная в формировании социальной и эмоциональной сторон жизни ребенка.
Малышу не так важно, кто будет кормить, играть с ним, устанавливать границы поведения или обучать новым навыкам, хотя именно в таком общении с взрослым формируются эмоциональные нити. Главное — ощущение спокойствия и безопасности, возможности исследовать мир.
Важно: привязанность не зависимость.

Виды привязанности

Зарубежные и отечественные исследователи в области психологии выделяют 4 типа:

  1. Надежная.
  2. Ненадежная, избегающая.
  3. Ненадежная, небезопасная привязанность тревожно-сопротивляющегося типа.
  4. Ненадежная, небезопасная привязанность дезорганизованного типа.

В формировании надежной безопасной связи велика роль заботящегося о ребенке взрослого. Отношения основаны на чувствительности к запросам малыша, быстрых и адекватных реакциях на сигналы, выражении положительных эмоций, постоянной поддержке. Это ровные и гармоничные взаимоотношения. Ведущими являются проявление любви и последовательность в реакциях. В будущем дети ведут себя уверенно, не боятся допустить ошибку.

Небезопасная привязанность, выстраивающая избегающую модель поведения ребенка, формируется при непоследовательности поведения взрослого, зависимости от настроения, нетерпеливости, эгоцентричности. Итог игнорирования детских запросов: маленький человек предпринимает попытки привлечь к себе внимание крайними способами — плачем, криком, цеплянием за мать, истерикой. Результат избегающе-ненадежной модели — озлобленность и мстительность.

Непоследовательность и нечувствительность взрослого, высмеивание и игнорирование забот малыша даже при относительной организованности совместной жизни могут привести к образованию тревожно-сопротивляющегося типа привязанности. Чрезмерная опека, избыточная стимуляция эмоций у ребенка вопреки его желаниям — другая крайность, чреватая избеганием общения и контакта со стороны маленького человека. Подрастая, ребенок накапливает тревожность, страх к незнакомцам.

Пренебрежение интересами ребенка, жестокость, постоянный депрессивный фон настроения матери приводит к развитию дезорганизованной небезопасной привязанности. Она также имеет место там, где взрослый копирует неблагоприятную модель, испытанную в детстве на себе. Дети оказываются перед дилеммой: эмоциональный защитник одновременно является источником страхов и стресса. В дальнейшем они столкнутся еще и с трудностями контроля, агрессивным поведением, отказом от взаимодействия.

Ненадежная привязанность не доставляет ребенку морального удовлетворения. Такая связь носит скорее патологический характер, она способна нанести вред психическому здоровью. Задача родителей, воспитателей, всех тех, кто так или иначе является источником эмоционального комфорта для маленького человека, в том, чтобы максимально повлиять на формирование здоровой надежной привязанности к себе.

Формирование надежной привязанности

Как сформировать надежную связь с малышом:

  • Реагировать на плач ребенка быстро.
  • Научиться успокаивать малыша, когда ему больно, страшно, грустно, постоянно делать это в схожей манере.
  • В уместной ситуации повторять: «Я люблю тебя».
  • Давать возможность ребенку выразить негативные эмоции, успокоить и заверить, что он все равно любим.
  • Сопереживать маленьким расстройствам, поддерживать малыша и хвалить за небольшие с точки зрения взрослого, но существенные с точки зрения детей достижения.
  • С рождения разговаривать с младенцем спокойным голосом, рассказывать, чем занята мама, комментировать свои действия, читать книги.
  • Если ребенок — искусственник, кормить его не на дистанции (в кроватке, коляске, люльке), а держа на руках, ласково разговаривая. Полезно даже подражание детскому лепету, простым звукам и слогам.
  • Придерживаться единой стратегии независимо от возраста ребенка.

В развитии неосязаемой категории «привязанность» есть место и понятию «поздно». Если допускать ошибки в обращении с малышом, возможно возникновение расстройства привязанности. Оно заметно с возраста 8 месяцев — это плач при расставании со значимым человеком и долгое успокоение при его возвращении, боязнь чужих людей, тревожность и другие признаки, свойственные ненадежным связям. Замечать признаки формирования привязанности и поддерживать их своим отношением, значит воспитывать в ребенке уверенность, отсутствие страха. И начинать лучше с рождения.

Анна Амелина, старший психолог.

Статья подготовлена по материалам Национального биотехнологического центра США, Национальной медицинской библиотеки США, Национального института здоровья США (National Center for Biotechnological Information, NCBI, United States National Library of Medicine, NLM, National Institutes of Health, NIH; www.ncbi.nlm.nih.gov).

Источник: https://fan-female.ru/privyazannost-rebenka-k-vzroslomu-ponyatie-priznaki-vidy/

Тайная Опора и Связь: Дезориентированный Тип Привязанности

Четвёртый тип эмоциональной привязанности – это дезориентированная привязанность. Рассмотрим также его отдельно как для детей, так и для взрослых.

Такие дети демонстрируют противоречивое поведение, они то тянутся к взрослым, то боятся, то бунтуют. Как правило, такой стиль поведения связан с серьезными психологическими травмами. Часто формируется в семьях, где ребёнок подвергается физическому насилию. Их поведенческие реакции противоречивы и часто меняются. После возвращения матери дети либо «застывают» в одной позе, либо «убегают» от пытающейся приблизиться матери. Данный тип привязанности ещё называют «дезорганизованным неориентированным» (патологическим).

Взрослый человек с дезориентированным чувством привязанности может долго добиваться отношений, а добившись — тут же всё бросить и порвать. Это нестабильные и непредсказуемые отношения, которые приносят страдания всем окружающим людям. Нестабильность в отношениях также присутствует и в адрес родных и в адрес коллег на работе. К сожалению, такие люди не доходят до кабинета психолога/психотерапевта, а если и доходят, то редко приходят на вторую-третью встречу. Чаще к психологу приходят люди, которые состоят с ними в отношениях или являются их родственниками.

Кроме рассмотренных 4 типов, выделяют также «симбиотический» тип привязанности. В эксперименте по определению типа привязанности такие дети не отпускают мать ни на шаг. Взрослые характеризуются «слиянием» с партнёром на подобии: «Мы с Тамарой ходим парой» (например, при ярко выраженной созависимости). Полное разлучение таким образом становится практически невозможным. Также дополнительно выделяют смешенный тревожно-избегающий тип привязанности, который одновременно сочетает признаки амбивалентности в отношении и избегания эмоциональной близости.

Таким образом, мы с вами рассмотрели следующие 4 типа привязанностей как у детей, так и у взрослых: надежный (безопасный), тревожный (амбивалентный), избегающий (отстранённый) и дезориентированный (дезорганизованный неориентированный или патологический). Также выделяют дополнительно такие подтипы как: симбиотический и смешенный тревожно-избегающий.

Вопрос дня: Подходит описание данного типа привязанности к вам или вашим знакомым?

© Дмитрий Нещадим #dneshchadim_привязанность

Источник: https://www.b17.ru/article/dizorganized_attachment/

Знаете ли вы тип привязанности своих клиентов?

Знаете ли вы стиль привязанности своих клиентов?

Дженей Уайнхолд

«Какой стиль привязанности характерен для моих клиентов?» Современные психологи и психотерапевты не часто задаются этим вопросом. «Каков мой собственный стиль привязанности?» Еще реже пытаются осознать их клиенты. Всем нам, и терапевтам и клиентам, будет полезно познакомиться с исследованиями Мери Мейн из Университета Беркли, поскольку эффективная терапия всегда основана на взаимоотношениях — это история «про отношения» и «вокруг отношений».

Мери Мейн Ph.D

Мери Мейн изучала практический аспект теории привязанности под руководством Мери Эйнсворт. Ее исследования, проведенные в середине 90-х, показали, что для 80-90% тех, кто обращается за консультацией к психологу или психотерапевту характерен дезорганизованный тип привязанности (Disorganized Attachment (далее-DA) Style ).

К сожалению, исследования Мейн не являются «мейн стримом» на сегодняшний день. Очень немногие терапевты, даже среди специалистов с большим опытом, знакомы с её работой или знают что-либо о значении выводов из этой работы для проведения эффективной терапии без вреда для клиента.

Большинство специалистов не задумываются о типе привязанности, характерном для их клиентов или о вопиющей статистике распространения DA стиля. Более того, терапевты не осведомлены о своем собственном стиле привязанности. Основываясь на моем клиническом опыте и профессиональных наблюдениях, я считаю, что для большинства терапевтов с большой долей вероятности также характерен DA стиль привязанности. Таким образом, многие случаи терапии могут быть вариантом, когда «слепой водит слепого», при этом может нарушаться главная заповедь любого врача и психолога «НЕ навреди».

Динамика Дезорганизованного стиля привязанности

Лица со стилем привязанности DA, часто в своей личной истории имеют опыт травмы отношений (relation trauma) или травмы развития (developmental trauma) в течении первого года жизни, включая опыт физического и/или эмоционального насилия и отвержения. Это происходит, когда значимые взрослые (именно к ним формируется привязанность в первый год жизни, точнее они,взрослые, ее формируют) своим поведением и эмоциональным состоянием дают младенцу два противоречивых сигнала. Это приводит к психологической фрагментации и диссоциации.

Процесс формирования привязанности у младенца напрямую связан с тем, как функционирует его бурно развивающийся мозг.

В случае формирования дезорганизованного стиля привязанности (DA), первые сигналы из вне поступают в мозг ребенка в результате первичного опыта отношений, основанных на страхе. Дети инстинктивно реагируют страхом, когда мама (или другие взрослые, заботящиеся о ребенке в первый год жизни) отмежевывается от ребенка, её/их выражение лица или поведение говорит об опасности или испуге. Мозг младенца автоматически активирует защитные механизмы, помогающие быстро «отсоединиться» от «пугающей мамы».

Второй сигнал приходит из той части мозга, которая у детенышей млекопитающих отвечает за установление связи со взрослыми для защиты и безопасности.

Это очень древняя способность нервной системы всех млекопитающих и «включается» бессознательно. На протяжении миллионов лет она обеспечивала безопасность и выживание беспомощных малышей всех млекопитающих.

Когда младенец пугается значимого взрослого, он оказывается перед неразрешимым парадоксом: материнская фигура становится источником безопасности и тревоги одновременно. Два противоречивых послания устраивают в нервной системе младенца «короткое замыкание». Это «короткое замыкание» можно увидеть в глазах ребенка как «застывание» или шоковую реакцию. Тело ребенка перестает двигаться, теряется способность к установлению контакта. Ребенок как будто «обесточивается». Адреналиновая реакция на стресс (Adrenal Stress Response) приводит к оттоку крови от конечностей и притоку ее к центру тела. Кожа становится бледной, взгляд немигающим, а глаза широко открытыми и выпуклыми. В такие периоды реакция «застывания» отправляет младенцев подальше от их тел, в диссоциацию.

Характеристики дезорганизованного стиля привязанности

Протокол «Поведение в нестандартных ситуациях» (Strange Situation Protocol (SSP),был создан Мери Мейн как инструмент для исследования качества детско-родительских взаимоотношений. Дети с дезорганизованным стилем привязанности, принимавшие участие в исследовании, вели себя очень странно и непредсказуемо после воссоединения с мамами. Мейн долго не могла объяснить такие неожиданные и удивительные поведенческие реакции у детей. Ключом к пониманию ситуации стал «Опросник Стиля привязанности у взрослых» ( Adult Attachment Inventory (AAI).

Благодаря ему стало возможным идентифицировать стиль привязанности, характерный для мам малышей в этом же исследовании, и была показана высокая корреляция между DA стилем привязанности у младенцев с DA стилем привязанности их матерей, а также была показана передача стиля привязанности из поколения в поколение.

Дезорганизованная привязанность

Проявления у детей

Проявления у взрослых

Испытывают страх в непосредственном контакте с тем родителем, который физически или эмоционально небезопасен

Боятся пережить эмоциональную близость в отношениях

Смесь агрессивного, избегающего и устойчивого поведения по отношению к родителю

Страх показать уязвимость
В отношениях с другими совсем или частично небезопасно Чрезмерные проявления ярости или гнева в ответ на конфронтацию или угрозы
Полная неспособность регулировать свое эмоциональное состояние Мало или совсем не эмпатичны по отношению к другим людям
Кажутся обескураженными, смущенными или находятся в диссоциации Слабые или неясные границы личности

Исследование М. Мейн с использованием SSP протокола выявило следующее типичное поведение у младенцев с дезорганизованным стилем привязанности:

  1. Последовательное проявление противоречивых моделей поведения, а именно: резкая смена проявлений сильной привязанности избеганием, замиранием или изумлением.
  2. Одновременное проявление противоречивого поведения, такого как избегание со стойким поиском контакта, огорчением или гневом.
  3. Неоконченные, прерывистые, со сменой направления или без ясной направленности движения и выражения, например, при крайнем выражении дистресса, движение не К, а ОТ матери.
  4. Стереотипные, асимметричные движения, несвоевременные движения, неестественные позы, например, спотыкания без видимой причины на ровном месте и только в присутствии матери.
  5. Замирание, застывание и вялые движения и выражения ( «как в воду опущенный»).
  6. Явные признаки опасения по отношению к родителям, выражение беспокойства и страха на лице и сгорбленные плечи.
  7. Явные признаки дезориентации и дезорганизации, такие как: бесцельное хождение, сконфуженность или выражение обескураженности, или разнообразные быстро меняющиеся эмоциональные состояния.

Влияние стиля привязанности на последующий жизненный опыт.

Мери Мейн и ее коллеги смогли идентифицировать стиль привязанности сформированный у детей к 12 месяцам. Они также показали, что стиль привязанности младенцев делятся на 3 категории: 1) безопасная 55%, 2) небезопасная 30% 3) дезорганизованная 15%. Другие исследователи, работавшие с двумя инструментами Мейн для исследования привязанности позже автора, высказывают предположение, что это процентное соотношение изменилось. Причем процент опрошенных, имеющих надежный стиль привязанности упал, а процент опрощенных с дезорганизованным стилем привязанности вырос.

В исследованиях Мэйн было установлено, что стиль привязанности, сложившийся к 12 месяцам, сохраняется у этих же детей как в 6 лет, так и в 19. Она обнаружила, что стиль привязанности, сложившийся в младенчестве, сохраняется до взрослого возраста.Он может измениться в случае, когда происходят значительные изменения в отношениях между ребенком и взрослыми или же если ребенок проходит психотерапию.

Одна из самых интересных находок Мэйн — это обнаружение 3-х типичных способов поведения детей 6-ти лет с дезорганизованным стилем привязанности. В каждом случае дети ведут себя как «маленькие взрослые», при этом они отказываются от своих детских потребностей и фокусируются на физической или эмоциональной поддержке взрослого — мамы или другого значимого человека, к которому возникла первичная привязанность. Цель этого «реверсивного процесса» — сделать материнскую фигуру более способной заботиться о ребенке.

Итак, три типичных поведенческих способа детей в возрасте 6-ти лет с дезорганизованным стилем привязанности:

  1. Потерянное дитя
  2. Маленький генерал
  3. Заботливый помощник

Я использую эти названия (они не употреблялись Мери Мейн), так как они наглядно подчеркивают, какого рода героические усилия малыш прикладывает, чтобы помочь своей маме заботиться о нем, её Ребенке.

Потерянное дитя

В его поведении преобладает диссоциация. У этого ребенка не хватает внутренних ресурсов, чтобы сделать для матери ещё что то, кроме как оставаться рядом. Он кажется заторможенным, отрешенным, как-будто во сне, выглядит послушным. Сознание такого ребёнка преимущественно витает за пределами тела и следует одновременно за эмоциональными и социальными потоками в окружающей его среде.

Маленький Генерал

Очень директивен. Он рассказывает своей маме что, когда и как ей делать.

Этот ребенок обеспечивает физическую организацию пространства вокруг матери и становится умелым менеджером-управленцем для её мира. К сожалению, мама не фокусируются на определении или удовлетворении потребностей ребенка, да и сам Маленький Генерал не знает и не понимает, что же нужно на самом деле ему, и чего он на самом деле хочет.

Заботливый помощник

Эмоционально поддерживает свою маму, часто становясь посредником и миротворцем и смягчителем всех неприятностей, конфликтов в окружающем пространстве.

Эти дети часто эмпатичны и сверхчувствительны и становятся сверхбдительными в отношении эмоциональных нужд своей мамы. У них и дальше развиваются прекрасные способности в отношении определения эмоциональных потребностей других людей, но нет ни малейшего представления о своих собственных. Эти дети становятся теми, кто помогает другим и спасает других в течении всей своей жизни. У них нет другого выбора.

Биология дезорганизованного стиля привязанности

Младенцы реагируют на стресс путем активации широкого спектра поведенческих и физиологических реакций, которые обычно известны как адреналиновая реакция на стресс (ASR). ASR активизирует надпочечники, гипофиз и гипоталамус. Травмы развития в раннем возрасте являются фактором, значительно увеличивающим то количество усилий, которые на самом деле тратит организм маленького ребёнка, дабы урегулировать свои эмоции.

Исследование, проведенное Spangler и Schieche по изучению активности коры надпочечников у младенцев после отделения от родителей показывает, что младенцы с безопасным стилем привязанности не показывают повышения уровня кортизола. Типичным является снижение уровня кортизола от начала до 30 минут после окончания процедуры сепарации.

Напротив, дети с дезорганизованным стилем привязанности показывают увеличение продукции кортизола в ответ на ситуацию разделения и последующего воссоединения с мамой в сравнении с детьми с безопасным или небезопасным стилем привязанности. Другой исследователь привязанности, Ashman и его коллеги, изучали уровень кортизола у 282 детей 4,5 лет из Эссекса.

Эти исследования показали что депрессия матери, начавшаяся в младенчестве ребенка, с большой вероятностью приведет к повышению уровня кортизола у ребенка к 4,5 годам.

Дезорганизованная привязанность и телесные ощущения.

Невозможно отделить социальный, эмоциональный опыт и опыт отношений ребенка от его физиологии и работы его нервной системы. В младенчестве тело и разум работают как единая система. Повзрослев, мы нуждаемся в многокомпонентной модели поведения, которая помогала бы нам заботиться о себе. И в такой модели наши физические и эмоциональные проблемы должны считаться не только равными, но и взаимосвязанными.

Современная медицина и большинство психотерапевтических школ признают взаимное влияние нашего психологического состояния на физическое здоровье и наоборот. Особенно важным в этом ключе является осознание того, что паттерны дезорганизованного стиля привязанности имеют долгосрочное влияние на развитие человека. Исследование неблагоприятного детского опыта, особенно приводящего к формированию DA стиля привязанности, показало необходимость комплексного подхода для устранения поведенческих проблем и проблем связанных с физическим здоровьем.

Согласно данным доктора Кристин Хэлм из университета Эмори (Dr. Christine Helm at Emory University) физическое и эмоциональное насилие и пренебрежение в детстве напрямую связаны с депрессией у взрослых, тревожным расстройством и синдромом хронической усталости. Слишком раннее и чрезмерное напряжение гипоталамо-гипофизарно-адренокортикальной системы у детей держит их в постоянном состоянии бегства / борьбы / замирания. Этот набор стадий адреналиновой реакции на стресс приводит к ощущению усталости и истощению в более позднем возрасте.

Изменение дезорганизованного стиля привязанности у взрослых

Дезорганизованный стиль привязанности может быть изменён при правильной поддержке со стороны других людей. Воспоминания раннего детства часто носят неорганизованный, хаотический характер. Они наполнены нестыковками и формируют глубоко укоренившиеся убеждения. Изменение представляет собой последовательный процесс, который начинается с осознания истории своего раннего развития.

Следующий шаг заключается в оформлении своих ранних воспоминаний в единый связанный рассказ. Благодаря этому мы можем встретиться с болезненными переживаниями детства и пережить их, что позволяет нам выйти за пределы неразрешенных травм и потерь. Прятаться от своего прошлого и хоронить в глубине души свои не выраженные и не пережитые чувства неэффективно, поскольку все эти старые болезненные ощущения «оживают» в моменты стресса.

Самое главное для успешного разрешения ранних травматических переживаний — найти человека, с которым могут быть сформированы длительные здоровые отношения.

Это могут быть отношения с другом, романтическим партнером или психотерапевтом.Это отношения, в которых появляется возможность развить доверие и разрешить проблемы привязанности. Доверительные и крепкие отношения с человеком, который полностью прибывает рядом в настоящем моменте, может помочь человеку испытать присутствие, а это имеет решающее значение для преодоления порочного круга потерь, связанных с дезорганизованной привязанностью.

Присутствие (согласно Dan Siegel) это состояние бытия, которое позволяет человеку с дезорганизованным стилем привязанности объединить разрозненные части Я в постоянно возникающее целое. Присутствие позволяет интегрировать процессы, протекающие в клетках нашего тела, работу различных частей головного мозга и телесные ощущения.

Интеграция личности заметна по возросшей доброжелательности, способности к установлению и поддержанию отношений, искреннему состраданию и мудрости. Это и есть основа целостности личности.

На физическом уровне проработка ранних травматических переживаний требует заботливого отношения к надпочечникам, так как они испытывают при этом сильную нагрузку. Возможно потребуется диета или какая-то система питания, определенные физические нагрузки, регулировка гормонального дисбаланса. Когда одна из частей эндокринной системы (например надпочечники) перенапряжена, это приводит к истощению других желез организма — печени/желчного пузыря, яичников/яичек, вилочковой железы, гипоталамуса, щитовидной и поджелудочной желез. Чем больше истощаются железы внутренней секреции, тем больше вероятность развития различных заболеваний и состояния эмоциональной нестабильности. Объединение заботливого отношения к своему физическому здоровью и внимание к своему психологическому состоянию помогают освободиться от влияния дезорганизованного стиля привязанности.

Источник: https://attachment.org.ua/%D0%B7%D0%BD%D0%B0%D0%B5%D1%82%D0%B5-%D0%BB%D0%B8-%D0%B2%D1%8B-%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%BB%D1%8C-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%B2%D1%8F%D0%B7%D0%B0%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8-%D1%81%D0%B2%D0%BE%D0%B8/

Мой собственный призрак.

Громкий звук прервал мой сон, но открыть глаза я не могла. Может, родители? Я переворачиваюсь на другой бок и пытаюсь снова уснуть. Опять что-то шлепнулось и раскатилось по полу, видимо, на кухне. Мне нужно узнать, что там творится. Медленно зевнув, прикрывая рот рукой, я протянулась и открыла глаза. На улице только начало рассветать… Как же рано меня разбудили? Пересилив себя, я села, а через некоторое время встала и поковыляла на кухню. Остановшись в дверном приёме и потянувшись, я посмотрела вперед и увидела парня. С просони я не понимала, что происходит, и тупо смотрела на него.

-Красивые у тебя..Трусики…-сказал он.

Я моргнула, затем взглянула на себя. Чёрт! На мне только майка и трусы! Я ринулась в свою комнату, надела жёлтое платьице, умылась и почистила зубы, после этого я снова спустилась вниз. Парень ползал по кухне и собирал яблоки.

-Что ты тут делаешь?-наконец-то спросила я.

-Яблоки собираю..-он посмотрел на меня.

На нем маска. Точно, это Дерек из актового. Но что он делает на моей кухне?

-Как ты сюда попал?

-Вошел вместе с тобой..-он отправил последний фрукт в миску.

Со мной вошёл? Он ненормальный?

-Эм…Ладно…Зачем ты пришёл?

-Ты меня не боишься, мне стало интересно твоё общество, давно я ни с кем не говорил…-парень посмотрел в сторону.

Я потерла глаза. Открыв их, я увидела, что моего гостя нет на месте. В шею подул ветерок. Я обернулась и увидела его.

-Как ты это делаешь?-заинтересованно спросила я.

-Что?

-Ну…Передвигаешься так быстро…

-А я не знаю.-он оказался на диване в гостиной.

Я подбежала к нему и стала расспрашивать, но почти ничего он сказать не смог.

-Ты вообще кто?-спросила я, сидя рядом с парнем.

-Я призрак.-спокойно ответил он.

-Ты шутишь?-засмеялась я.

-Не-а.-отрезал гость.

-Я тебя чувствую,-положив руку ему на плечо, сказала я.

-Это потому что я к тебе привязался…

-Привязался?

-Да, я коснулся тебя по собственному желанию.-его глаза словно искорки глядели на меня.

Точно, он дотронулся до моего лба…

-Сними маску,-сказала я.

Он отстранился от меня.

-Не нужно…-он говорил достаточно спокойно, значит, не убьет, если что.

Я прыгнула на него и мы упали на пол. Маска слетала с его лица. Моё тело сковало страхом, я не могла выдавить не слова. Все его лицо было в ужасных шрамах. Вроде ничего особенного, но мне стало очень страшно. Я быстро взяла себя в руки.

-Отчего эти шрамы?-успокоившись спросила я.

-Тебе не страшно?-удивленная интонация поразила меня.

-В каком смысле?-непонимающе сказала я.

-Здорово..-он улыбнулся, а ужасные шрамы исчезли.

Это странно…

-Ты что, шутки шутишь?-возмутилась я.

Лицо парня сияло радостью и весельем. Теперь я прекрасно видела его большие ярко-синие глаза. Я засмотрелась на него, сама того не замечая. Кажется, я его где-то видела…

-Что с тобой?

-Нет-нет, ничего.-я встала и зевнула.

-Прости, что разбудил…Иди поспи еще.-он встал и улыбнулся.

Я тоже улыбнулась и пошла к себе, досматривать прерванный сон. Уснула я почти сразу и проспала часов до четырёх. В промежутках мелькает, как Дерек меня укрывает. Я и правда странная. Какой-то парень пришёл ко мне домой и сказал, что он призрак, ничего особенного, скажу я, а другие выгонят его или вызовут полицию. Но сейчас я сладко сплю и мне все равно, кто в моём доме и, что он делает. Проснулась я из-за того, что упала. Как обычно…На своей кровати я увидела Дерека.

-Выспалась?

-Не знаю…-промямлила я.

Зазвонил телефон. Это была Несси. Позвала меня гулять…С какими-то парнями будет…Ох…Я оделась потеплее и пошла гулять, Дерек куда-то делся…Встретившись с Несс, я увидела каких-то типов. А, это они вчера ко мне пристали.

-Познакомимся?-ехидно сморозила я.

Они явно не ожидали увидеть меня, да ещё и услышать что-либо. Несси не понимала, что происходит, я и объяснила…

-Эти типы вчера стали приставать ко мне в нетрезвом состоянии и есть вероятность того, что они могли бы меня изнасиловать…-закончив речь, я взяла подругу за руку и потащила домой.

Когда она была на пороге своего дома, то начала истерить, и я быстренько свалила. Дерек появился рядом со мной, мы поболтали, и я узнала, что теперь он постоянно будет со мной, если надо, защитит, даст совет или поможет. А покинет меня, только когда захочет. Ну, я не против. Придя домой, мы поужинали, и я уснула.

Источник: https://www.wattpad.com/107067497-%D0%BC%D0%BE%D0%B9-%D1%81%D0%BE%D0%B1%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%B7%D1%80%D0%B0%D0%BA-%D0%BA%D0%BE-%D0%BC%D0%BD%D0%B5-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%B2%D1%8F%D0%B7%D0%B0%D0%BB%D1%81%D1%8F-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%B7%D1%80%D0%B0%D0%BA

>Привязанность в зрелом возрасте

Привязанность в зрелом возрасте — чувство привязанности, возникающее у взрослых людей в рамках партнёрских отношений.

Развитие теории привязанности

Первые исследования в области теории привязанности проводились в 1960-е и 1970-е годы в контексте детско-родительских отношений. Теория привязанности была создана Джоном Боулби и Мэри Эйнсворт разработали теорию привязанности, где привязанность рассматривалась как тесная, индивидуально направленная эмоциональная связь между ребёнком и его матерью. Именно детско-родительские отношения в течение многих лет лежали в основе изучения привязанности. За четыре десятилетия теория привязанности Джона Боулби фактически изменила психологию развития. Установлено, что привязанность ребёнка к матери, формируясь в младенчестве, сохраняет свою активную роль и значение на протяжении всей жизни человека; так или иначе привязанность оказывает колоссальное влияние на межличностные отношения и все познавательные процессы.

В конце 1980-х Синди Хазан и Филлип Шейвер применили концепты теории привязанности к взрослым, состоящим в романтических отношениях. Они выявили, что взаимодействие между партнёрами в романтических отношениях в какой-то мере сходно с отношениями между детьми и значимым взрослым. Например, романтические партнёры точно так же стремятся быть рядом друг с другом, они так же чувствуют себя комфортно, когда их партнёр рядом, и наоборот, ощущают тревогу или одиночество, когда он отсутствует. Романтические отношения являются некой безопасной базой, семейной системой, которая помогает отражать внутренние и внешние воздействия, адаптироваться к ним. Эти сходства привели Хазан и Шейвера к попытке расширить теорию привязанности и применить её к зрелым возрастам и индивидам, состоящим в романтических отношениях, несмотря на отличия романтических связей от отношений между ребёнком и близким взрослым, который о нём заботится. Такой подход был обусловлен прежде всего тем, что основные принципы теории привязанности относятся к обоим видам отношений.

Исследователи склонны описывать основные принципы теории привязанности в свете их собственных теоретических интересов. Именно поэтому описания кажутся совершенно разными на поверхностном уровне. Фрейли и Шейвер описывают основные положения привязанности у взрослых следующим образом:

  • Эмоциональная и поведенческая динамики в отношениях ребёнок-значимый взрослый регулируются той же биологической системой, что и отношения между романтическими партнёрами.
  • Виды индивидуальных различий, наблюдаемые в отношениях между ребёнком и взрослым, схожи с наблюдаемыми в романтических отношениях.
  • Индивидуальные различия в привязанности взрослых являются отражением ожиданий и установок, которые были сформированы у индивида относительно себя и своих близких отношений, на основе их типа привязанности в диаде ребёнок — значимый взрослый. Эти внутренние рабочие модели являются относительно стабильными и так или иначе могут быть отражением ранних переживаний.
  • Романтическая любовь как правило включает в себя взаимосвязь привязанности, проявлений заботы и сексуальных отношений.

Описанные характеристики несколько отличаются от основных положений теории привязанности, которые перечисляют Ролс и Симпсон:

  • Хотя основным стимулом для формирования привязанности у взрослых является биологический фактор, связи, в которые ребёнок вступает со своим значимым взрослым, формируются на основе опыта межличностных отношений.
  • Опыт предыдущих отношений влияет на формирование внутренних рабочих моделей и стилей привязанности, которые систематически влияют на привязанность.
  • Привязанность, сформированная у значимого взрослого, влияет на привязанность, которая формируется между ним и ребёнком.
  • Внутренние рабочие модели и тип привязанности относительно стабильны на протяжении жизни, но могут быть восприимчивы к изменениям.
  • Некоторые формы психологической дезадаптации и клинических нарушений обусловлены отчасти ненадёжными внутренними рабочими моделями и стилем привязанности.

Несмотря на то, что описанные параметры отражают теоретические взгляды исследователей, которые их создали, обнаруживается ряд общих закономерностей:

  • Существует биологическая обусловленность формирования привязанности, однако на её формирование также влияет индивидуальный опыт.
  • Тип привязанности зависит от индивидуальных установок и ожиданий, которые являются внутренней рабочей моделью, используемой для управления поведением в отношениях.
  • Внутренние рабочие модели достаточно стабильны, хотя могут и видоизменяться в зависимости от накопленного опыта.
  • Индивидуальные различия в привязанности могут способствовать положительному или отрицательному воздействию на психическое здоровье и качество отношений с окружающими людьми.

Независимо от того, как описываются основные принципы теории привязанности, ключевой момент заключается в том, что те же принципы, что действуют в детско-родительских отношениях, влияют и на привязанность в романтических отношениях на протяжении всей жизни. Концепты привязанности между детьми и близкими взрослыми в основном те же, что и особенности привязанности между романтическими партнёрами в зрелом возрасте.

Типы привязанности

Хазан и Шейвер применили конструкты и методы теории привязанности к романтическим отношениям в зрелом возрасте. Ими была предпринята попытка обнаружить три типа привязанности, выделенные раннее в исследованиях Эйнсворт. Бартоломью и Хоровитц выделили два компонента во внутренней рабочей модели: образ других (представление об объекте привязанности) и образ себя, как достойного интереса других.

Так выделяются четыре типа привязанности:

  • Надёжный
  • Тревожный
  • Избегающе-отвергающий
  • Тревожно-избегающий

Надёжный тип привязанности у взрослых соответствует одноимённому типу, выделенному классиками теории привязанности у детей. Тревожный тип выступает аналогом тревожно-амбивалентного типа у детей, тревожно-избегающий у взрослых — одноименного у детей, а избегающе-отвергающий тип, близкий по содержательному значению к тревожно-избегающему, не находит однозначного эквивалента в детстве.

Надёжный тип привязанности

Люди с надёжной привязанностью (англ. secure) открыты своему партнёру, они не боятся быть любящими и искренними с ним. Надёжная привязанность способствует позитивному восприятию романтических отношений, высокой удовлетворенности в браке и в отношениях; такие люди не боятся эмоциональной близости и даже определённой зависимости от партнёра.

Надёжная привязанность в своем онтогенезе связана, прежде всего, с непротиворечивостью поведения ближайшего взрослого, насыщенностью его эмоционального репертуара реакций, а также наличием и качеством обратной связи от взрослого.

Тревожный тип привязанности

Тревожный тип привязанности (англ. anxious–preoccupied) характеризуется желанием высокой степени эмоциональной близости с партнёром. Людям с такой привязанностью свойственна неуверенность в себе, ревность; им кажется, что партнёр не желает подобной степени близости.

Суть проблемы заключается в том, что повышенная тревожность порождает желание получить подтверждение чувств от партнёра, а это в свою очередь может привести к появлению зависимости от партнёра. Согласно модели Бартоломью и Хоровитц, у таких людей свой собственный образ окрашен негативно, поэтому они сомневаются в себе и тревожатся, особенно если их партнер эмоционально холоден. Они также могут быть эмоционально экспрессивны.

Избегающе-отвергающий тип привязанности

Избегающе-отвергающий (англ. dismissive–avoidant) тип привязанности свойственен независимым людям, для которых неприемлема высокая степень близости. Чаще всего они самодостаточны, так как их внутренняя рабочая модель наполнена позитивным содержанием по отношению к себе и негативным по отношению к другим. Именно это обуславливает некоторую отчуждённость в романтических отношениях. Такой тип привязанности имеет защитный характер, отмечается тенденция к подавлению и сокрытию своих эмоций и чувств.

Тревожно-избегающий тип привязанности

Тревожно-избегающий (англ. fearful–avoidant) тип привязанности отмечается у людей, пострадавших от сексуального насилия на более ранних этапах жизни. Таким людям сложно быть любящими и открытыми, несмотря на стремление к близости. В данном случае желание отдалиться продиктовано страхом быть отвергнутым, а также дискомфортом от эмоциональной близости. Они не только не доверяют партнёру и видят его в негативном свете, но и себя не считают достойными любви партнера.

Внутренние рабочие модели

Боулби говорил о том, что посредством взаимодействия с ближайшим взрослым формируется система установок, отражающих ощущения и взгляды ребёнка на ближайшего взрослого и на себя. Уверенность не только в доступности взрослого, но и в обратной связи с ним можно выразить в двух переменных: отвечает ли ближайший взрослый на призывы о помощи или поддержке, а также, вне зависимости от ответа на предыдущий вопрос, является ли субъект таким, чтобы как фигура привязанности, так и другие люди, ответили ему соответствующим ситуации поведением. Логически эти переменные независимы, однако на практике они связаны. В результате модель (образ) фигуры привязанности и модель себя развиваются взаимодополняющими и взаимоподтверждающими.

Восприятие ближайшего взрослого и восприятие себя, как заслуживающего его поддержки, формируют рабочую модель привязанности. Они направляют поведение и позволяют ребёнку предвосхищать поведение ближайшего взрослого. Однажды сформировавшись, они относительно стабильны. Дети скорее интерпретируют своё поведение в свете рабочих моделей, нежели адаптируют рабочие модели под новый опыт.

Когда Хазан и Шейвер перенесли теорию привязанности ребёнка на романтическую привязанность в зрелости, они включили туда и идею внутренних рабочих моделей. Исследование внутренних рабочих моделей было направлено на два параметра: какого рода мысли и ощущения формируют их и стабильны ли они во времени.

Бартоломью и Хоровитц полагают, что рабочие модели состоят из 2 частей: образа себя и образа другого. Образ себя может быть в общем положительным или отрицательным, также, как и образ другого. Так, они выделили четыре типа привязанности.

  • Надёжный (характеризуется положительным образом себя и положительным образом других);
  • Тревожный (характеризуется негативным образом себя и положительным образом других);
  • Тревожно-избегающий (характеризуется негативным образом себя и негативным образом других);
  • Избегающе-отвергающий (характеризуется положительным образом себя и негативным образом других).

Образ себя и образ других можно связать с такими конструктами, как самооценка и социабельность соответственно. Это объясняет различия в негативных или позитивных образах себя и других.

Болдуин и коллеги применили теорию реляционных схем к внутренним рабочим моделям привязанности. Реляционные схемы содержат информацию о том, как партнёры обычно взаимодействуют между собой. Для каждого паттерна взаимодействия между партнёрами реляционная схема состоит из информации о себе, партнёре и типичном взаимодействии между ними. Была выдвинута гипотеза, что внутренние рабочие модели состоят из реляционных схем. Описанный выше состав реляционной схемы в целом согласуется с концепцией внутренней рабочей модели. В качестве подтверждения данного факта Болдуин и коллеги создали набор сценариев, описывающих взаимодействие, связанное с доверием, зависимостью и близостью.Следуя каждому из них, испытуемые были представлены двумя альтернативами, отражающими потенциальный ответ партнёра. Так, реляционные схемы образуют иерархии. Каждая такая иерархия включает как обобщенные паттерны, так и специфичные, относящиеся к более низким (по отношению к обобщенным) уровням в иерархии.

Стабильность внутренних рабочих моделей

Исследователи отмечают стабильность внутренних рабочих моделей, основываясь во многом на стабильности типов привязанности, так как типы привязанности отражают установки и ожидания, которые обуславливают рабочие модели. Так, изменения в типе привязанности означают изменения в рабочей модели.

Около 70-80 % популяции не испытывают значительных изменений в типе привязанности с течением времени.Этот факт подтверждает гипотезу о том, что рабочие модели стабильны. Остальные индивиды отмечают изменения в типе привязанности, это позволяет говорить о том, что внутренние рабочие модели не являются устойчивыми чертами личности.

Уотерс, Уайнфилд и Гамильтон полагают, что негативный жизненный опыт способствует изменениям в типе привязанности .Это подтверждается данными о том, что значимые негативные события в жизни способствуют изменениям в типе привязанности.

Давила, Керни и Бредбери выделили факторы, которые могут вызвать подобные изменения: значимые события или обстоятельства, изменения реляционных схем, личностные черты и сочетания первых и последних .

Привязанность в романтических отношениях

Характеристики отношений между романтическими партнёрами в зрелости различаются между собой. Одни пары удовлетворены больше, чем другие; отношения одних длятся дольше, чем отношения других; способность к адаптации к внешним воздействиям у одних пар выше, чем у других. Существуют данные о том, что различия в типах привязанности влияют на качество романтических отношений, а также на характеристики функционирования семьи.

Удовлетворённость

Многие исследования направлены на изучение связи между типом привязанности и удовлетворённостью отношениями. Люди с надёжным типом привязанности чаще выражают большую удовлетворённость отношениями, чем люди с ненадёжным типом. Это касается как отношений вообще, так и сексуальных отношений.

Несмотря на уже выявленное наличие связи между типом привязанности и субъективной удовлетворённостью, по-прежнему остается не до конца ясным, с помощью каких механизмов привязанность влияет на удовлетворённость.

Одним из механизмов может быть характер общения и взаимодействия между партнёрами. При надёжном типе привязанности наблюдается более конструктивное общение, а также большая интимность и раскрытие перед партнёром, что влияет на удовлетворенность отношениями. Другими механизмами могут быть способ разрешения конфликтов и поддержка со стороны партнёра. Таким образом, механизмы влияния стиля привязанности на удовлетворенность романтическими отношениями необходимо ещё исследовать.

Длительность отношений

Тип привязанности косвенно обуславливает длительность отношений. Это может быть отчасти связано с преданностью друг другу.

Люди с надёжным типом привязанности отличаются преданностью, даже приверженностью отношениям. Кроме того, так как люди с надёжным типом больше удовлетворены отношениями, это может также влиять и на длительность отношений. Однако, связь надёжного типа с продолжительностью отношений на данный момент можно считать лишь косвенной.

Стабильные отношения характерны не только для людей с надёжным типом привязанности. Индивиды с тревожным типом привязанности также могут находиться в долгих отношениях, но при этом могут испытывать множество негативных эмоций и переживаний. Они часто боятся быть брошенными, кроме того характеризуются неуверенностью в своей значимости для партнёра и в его чувствах к себе.

> Примечания

Литература

  • Bartholomew K., Horowitz L. M. Attachment styles among young adults: a test of a four-category model. — Journal of personality and social psychology. — 1991.
  • Hazan C., Shaver P. Romantic love conceptualized as an attachment process. — Journal of personality and social psychology. — 1987.
  • Levy K. N., Blatt S. J., Shaver P. R. Attachment styles and parental representations. — Journal of Personality and Social Psychology. — 1998.
  • Fraley R. C., Waller N. G., Brennan K. A. An item response theory analysis of self-report measures of adult attachment. — Journal of personality and social psychology. — 2000.
  • Алмазова О.В. Привязанность к матери как фактор взаимоотношений взрослых сиблингов. — диссертация на соиск. учен.степ. канд. психол. наук 19.00.13 / Бурменская Г. В.. — 2015..
  • Боулби Дж. Привязанность. — «Гардарики». — 2003.
  • Бурменская Г.В. Мировосприятие детей с разными типами привязанности к матери. — Вестник Московского Университета. Сер. 14, Психология. — 2011.
  • Григорова Т.П. Деструктивная категория привязанности во взрослом возрасте. — Вестник Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова.. — 2015. – Т.21. — № 1..
  • Смирнова Е.О. Теория привязанности: концепция и эксперимент. — Вопросы психологии. — 1995. — №3..
  • Butzer B., Campbell L. Adult attachment, sexual satisfaction, and relationship satisfaction: A study of married couples. — Personal relationships. — 2008. — Т. 15.
  • Rivera D. Influencia de los estilos de apego y habilidades pro relacionales en la satisfacción y bienestar emocional en relaciones de pareja. — Pontificia Universidad Católica de Chile. — 2010.

Источник: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%B8%D0%B2%D1%8F%D0%B7%D0%B0%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C_%D0%B2_%D0%B7%D1%80%D0%B5%D0%BB%D0%BE%D0%BC_%D0%B2%D0%BE%D0%B7%D1%80%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%B5

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *