.

Книги о раке

Роман Супер: В России раковые больные – очень одинокие люди

– Я хотел начать с того, чтобы сказать три «спасибо».

Спасибо жене – за то, что она со мной.

Спасибо издателям. Полгода назад я остался без работы – и тут позвонили они и предложили написать книжку. Я посмотрел им в глаза – понял, что они сумасшедшие (раз создают своё маленькое издательство в эпоху наших монстров) и согласился. А сейчас книжка занимает одиннадцатое место в рейтинге продаж магазина «Москва».

Ещё спасибо вам – за то, что вы вообще испытываете интерес к буквам.

У меня есть друг, он журналист, работал на НТВ, потом уехал в Америку и стал переводчиком; очень чувствительный к слову человек. Так вот, он сказал мне: «Никогда не перечитывай написанное».

Но было поздно. Книжку свою я к тому времени перечитал, и за её язык мне ужасно стыдно, имейте это в виду. Так что чтения вслух не будет. Может быть, есть вопросы?

– Что было самое страшное?

– История, которая описана. Писать её было уже не страшно.

– История Вас отпустила?

– Думаю, она отпустит лет через пять, когда ремиссия станет выздоровлением.

– С героями книги общаетесь?

– Нет. О Тае мне успели рассказать, что она умерла. Игорь тоже, боюсь, не жив.

Зато сегодня я брал интервью у нашего главного онколога Давыдова, который по совместительству директор «Каширки». Очень откровенный получился разговор.

– История в книге получилась очень личная. Не страшно было так открываться?

– Нет. Мне кажется, если ты рассказываешь историю, что-то умалчивать и приукрашивать – преступление против неё.

Когда Юля болела, мы перелопатили все книги про рак, которые есть по-русски. Их преступно мало. Нас очень вдохновила книжка Кати Гордеевой «Победить рак». Мы читали её друг другу, лёжа на больничных кроватях.

Сегодня на Каширке я узнал, что про мою книжку там знают, хотя она там, конечно, не продаётся.

– Раковые больные похожи?

– Да, в России это очень одинокие люди, и поговорить о своей болезни, кроме как друг с другом, им не с кем.

– А по схеме личности?

– А вот это – очень опасный вопрос. Люди болеют раком не потому, что они «не такие», неправильно живут, думают или носят не ту одежду. Вопрос «почему заболел» – вообще неправильный. Правильный вопрос «зачем?»

Я не жду рецензий от литературных критиков. Эта книжка – вообще не про литературу.

– Ответ на вопрос «зачем?» индивидуален?

– Конечно. Чтобы что-то получить, например, переосмыслить.

Какие-то препятствия, которые казались непреодолимыми, становятся неважны. Какие-то неважные вещи – важными.

– Ваша жена лечилась в России. В России вообще реально вылечиться?

– Ну, никакой реабилитации, если речь идёт о заболеваниях крови, в России вообще нет. Лечить, да, могут. Если тебе есть, кому позвонить.

– Вы сейчас чувствуете, что можете сделать что-то для пациентского сообщества?

– Я не верю в возможность что-то в системе изменить снизу. Если ты не Нюта Федермессер и каждый день, без выходных не долбишь чиновников про каждую конкретную болячку.

Кстати, дети Кати Гордеевой убеждены, что их мама – врач.

Я как-то звоню Кате:

– Ты где?

– В роддоме. У меня схватки.

– Чем занимаешься?

– Списываюсь с израильской клиникой. Оформляю девочку.

– Кому адресована Ваша книга?

– Всем нам. Потому что рак – такая болезнь, которой мы все, если доживём, заболеем.

Когда ты лежишь на Каширке, то вокруг видишь только болезнь: людей, которые вместе с тобой в первый раз лечатся, которые лечатся второй раз, потому что у них рецидив, и так далее. И ты решаешь, что так теперь будет всегда, потому что ничего другого ты не видишь. Поэтому надо рассказывать истории выздоровления.Их же на самом деле гораздо больше, но в больнице их не видно.

Правда, когда мы распространяли книжку по магазинам, продавцы спрашивали: «А там всё хорошо заканчивается? Если плохо, мы продавать не будем». Вот это, я считаю, совершенно неправильно.

Роман Супер – с 2015 года – журналист «Радио «Свобода», ранее – репортёр РЕН ТВ, телеведущий, блоггер. Книга основана на семейной ситуации автора, жена которого Юлия успешно лечилась от лимфомы.

Фото: Ефим Эрихман

Видео: Платон Чернов

Источник: https://www.pravmir.ru/roman-super-v-rossii-rakovyie-bolnyie-ochen-odinokie-lyudi/

10 лучших книг про психически больных

Книги про психов – легкий способ пощекотать нервишки и заглянуть за завесу непонятного. Причудливые, страшные и даже мистические истории – в нашей новой подборке.

Лена (Ligea)

Деннис Лихэйн: Остров проклятых

Тревожный, мрачный и захватывающий детектив, где не только герои с нарушениями психики, но и само действие происходит на отрезанном от мира острове, центром которого является самая настоящая псих.больница. Только держат там не мирных шизофреников, а опасных преступников.

Два федеральных пристава отправляются на этот остров, чтобы найти беглянку, сумасшедшую женщину, убившую своих детей. Эти представители закона на первый взгляд нормальные парни: весельчак Чак, не очень талантливый, но зато легко находящий общий язык с людьми и Тедди, серьезный, вдумчивый, испытывающий посттравматический синдром после войны и гибели жены. Странные вещи творятся на этом острове, чем дальше приставы продвигаются в расследовании, тем больше находят загадок и несостыковок. На острове проводятся ужасные эксперименты? Люди, там работающие не те, за кого себя выдают? А был ли побег? Или может быть с самими приставами что-то не то?

Чем дальше, тем запутаннее становится ситуация, уже совсем непонятно, кто тут жертва, кто преступник, а кто больной. Сюжет до самого конца держит в напряжении, а развязка для меня лично оказалась шоком.

Франк Тилье: Сновидение

Новый закрученный детективный триллер от французского мастера головоломок Франка Тилье. Группа полицейских безуспешно уже не первую неделю бьется над сложным расследованием: маньяк похищает детей прямо прямо из-под носа у родителей и действует очень обдуманно, никаких следов и зацепок. Мотивы и причины тоже крайне туманны. Расследованию помогает психиатр Абигэль Дюрнан, и эта история по большей части о ней. Обычно психи не понимают того, что они больны, просто следуют своей извращенной логике, легко находя объяснения ужасным действиям. С Абигель все наоборот, она отчаянно хочет быть просто нормальным человеком с ясным мышлением.

К сожалению, неизлечимая болезнь, которая мучает ее с детства, нарколепсия, обострилась после страшной аварии. Полгода, начиная с момента, когда машина, в которой она была, врезалась в дерево, превратились в бесконечный кошмар, в котором разум Абигэль играет с ней в игры, путая реальность и сновидения, факты и фантазии. Чтобы иметь хоть какие-то якоря в настоящем, женщина причиняет себе постоянную боль: сначала уколы иглами, затем ожоги и татуировки. Осложняется все тем, что маньяк-психопат, крадущий чужих детей, как-то связан с Абигэль и время от времени посылает ей «намеки».

Рю Мураками: Мисо-суп

Про Рю Мураками обычно говорят вполголоса и немного смущаясь «тот, другой Мураками, у которого жесть в книгах». В его романах много того, что мы предпочли бы не замечать: преступлений, насилия, всех самых грязных и темных секретиков современной Японии. Приличные девочки такое не читают. Но если поскрести этот липкий слой, то под ним обнаружатся серьезные и почти философские размышления о современниках, стране, причинах глубинных конфликтов.

Мисо-суп – это тоже не то, чем кажется на первый взгляд. Локальная и камерная история, которая начинается незатейливо: молодой японец Кенжи, нелегально подрабатывающий гидом по злачным районам Токио, встречается с очередным клиентом, американцем Фрэнком, и сразу же начинает подозревать, что что-то идет не так. Весь роман – это 3 дня, которые Фрэнк и Кенжи провели вместе. 3 дня и 2 героя (ну вообще 2.5, эпизодически появляется девушка Кенжи), при таких скромных ингредиентах Мураками выстроил отличный, по-настоящему страшный психологический лабиринт. Тут и образцовый псих, со сложным внутренним миром и запутанной логикой, и резкие повороты сюжета, и шокирующие детали, но при всем это еще и глубокие размышления о таких разных цивилизациях. Осторожно, в книге есть элементы насилия и жестокости.

Сюзанна Кэхалан: Разум в огне, 2 месяца моего безумия

Симпатичная здоровая девушка, живущая в Нью-Йорке, работающая репортером в престижном издании вдруг начинает потихоньку сходить с ума. Ее атакуют галлюцинации, мучают резкие перепады настроения, появляется мания преследования, все то, что у нас емко называется «слететь с катушек». Обеспокоенные ее странным поведением близкие люди практически силой сдают девушку в психбольницу, но даже лучшие доктора не могут понять в чем же дело. Звучит, как неплохое начало психологического триллера, да? Только вот это не художественный вымысел, книга автобиографическая, автор Сюзанна Кэхалан и есть та самая обезумевшая девушка.

Два месяца жизни, когда врачи и семья боролись за то, чтобы сохранить ей жизнь, совершенно выпали из ее памяти. По записям видеокамер, дневникам, которые вели ее родные, по медицинским записям врачей позже она попытается восстановить день за днем все события того периода. История эта довольна тяжелая, но не зря Сюзанна работала и продолжает работать журналистом, история затягивает с первых же страниц и скорее познавательная, чем грустная. Кстати, благодаря этой книге теперь начали диагностировать и лечить это сложно произносимое аутоиммунное заболевание и многие молодые женщины (а почему-то заболевают именно они) теперь имеют шанс выздороветь.

Иэн Бэнкс: Осиная фабрика

Из всех книг моего списка – эта, пожалуй, эталонная в категории «про психов», и я бы ее отнесла в категорию Must read. Если вы все-таки решитесь ее прочитать, то знайте заранее, что любопытство будут в вас бороться с отвращением, вы будете много раз ее закрывать ее и откладывать, некоторые страницы вам захочется вырвать и уничтожить, но вы дочитаете до конца и с большой вероятностью через несколько лет захотите пройти этот сложный путь заново.

Это роман о сложном подростке, которого зовут Фрэнк, и повествование ведется от первого лица, чтобы читатель в полной мере могу погрузиться в этот причудливый мир, построенный по сложным логическим законам главного героя. У Фрэнка есть брат, который только что сбежал из психушки, и отец, тоже слегка с причудами. Живет эта не совсем нормальная семейка на острове, ставшим для Фрэнка чем-то вроде отдельной, оторванной от мира экосистемы. У него тут свои правила, свои законы и почти религиозные ритуалы. Охраняют территорию жертвенные столбы, в «дар» им приносятся животные, обитающие на острове, иногда и люди, а всем этим безумием управляет «Осиная фабрика» — огромный циферблат на чердаке. Всю книгу Фрэнк описывает свои ритуалы, убийства и жертвоприношения, местами читать очень тяжело и жутко, но с каждой строчкой понимаешь, что автор, Иэн Бэнкс, — чертов гений. Из извращенного жестокого мира Фрэнка просто невозможно вырваться, и в какой-то момент с ужасом понимаешь, что начинаешь испытывать к нему сочувствие и даже симпатию.

Марк Хэддон: Загадочное ночное убийство собаки

Эта книга у меня есть в бумажном виде, и я ее никому не отдам, хотя обычно легко расстаюсь с печатными изданиями. Но эта история такая живая, трогательная и настоящая, что мне хочется иметь возможность время от времени ее перечитывать, или просто подержать саму книгу в руках. Нельзя сказать, что сюжет какой-то веселый или оптимистичный: начинается все с убийства собаки с кличкой Веллингтон, а расследованием этого преступления занимается Кристофер Бун, 15-летний подросток, у которого аутизм и еще какие-то отклонения, возможно синдром Аспергера. Кристофер не умеет врать, не любит прикосновения, зато обожает простые числа и красные пожарные машины, чем больше он их увидит, тем лучше пройдет день.

Обычно книги про больных детей слишком тяжелые и слезовыжимательные, но здесь другой случай, нам предоставлена возможность посмотреть на мир глазами главного героя. И этот мир не лучше и не хуже, он просто другой, в нем страшно уходить дальше своей улицы, но легко решать сложные математические задачки, здесь плохо распознаются эмоции, зато целый склад энциклопедических данных. Взрослые, окружающие Кристофера, часто ведут себя менее логично, чем он и кто тут нормальный, а кто нет – еще большой вопрос. Я редко советую читать одну книгу всем-всем, но тут как раз такой случай, мне кажется, никто не останется равнодушным.

Себастьян Жапризо: Ловушка для золушки

Давно уже изданный детектив и сейчас не теряет актуальности. А все потому, что центральная тема: вся гамма женских чувств, зависть, обиды, злость, ревность, — ни капли не изменилась. Жили-были 2 девушки, одна (Мишель), красивая, взбалмошная богатая наследница семейного бизнеса и вторая (Доменика), спокойная, рассудительная, сотрудница банка. В детстве они дружили, потом на много лет друг друга потеряли, и однажды уже повзрослевшие встретились. А потом был страшный пожар. Девушка, очнувшаяся в больнице, ничего не помнит, хуже, что и ее никто не узнает из-за сильных ожогов. Кто она: Ми или До, жертва или преступница? Окружающие ее люди мало чем помогают и ведут какую-то свою игру, и чем больше героиня узнает прошлое каждой из девушек, тем меньше ей хочется быть одной из них.

Этот небольшой захватывающий детектив читается за одни вечер (или ночь), я вам обещаю, что вы не сможете заснуть, пока не перевернете последнюю страницу и не узнаете развязку.

Ника (Nostalgia)

Кен Кизи: Пролетая над гнездом кукушки

Эта книга о психбольнице и о том, что получается, когда туда попадает человек, которому не требуется лечение. Макмерфи (в кино его играет Джек Николсон) преступник, а не больной, поэтому он быстро начинает скучать и выдумывает все новые способы развлечься. Как правило, все эти выходки противоречат укладу лечебницы и Макмерфи постоянно огребает от персонала. Такие невинные шалости как поиграть в отделении в баскетбол, провести ночью двух проституток или подраться с санитарами прекрасно характеризуют главного героя.

К сожалению, основная масса пациентов лечебницы – действительно больные люди, и на них происходящее влияет крайне негативно. Драматические ситуации начинают случаться все чаще, несмотря на то, что Макмерфи любит своих «психов» и старается сделать их скучную жизнь веселее. Финал истории крайне печален и не оставляет никакой надежды на лучшее. Наверное, эта книга о том, что жизнь больного человека крайне хрупкая, и чтобы ее сохранить, ее нужно оберегать. Проблема в том, что никто не хочет оберегать тех, кто перестал быть полноценными членами общества, и остался наедине со своей бедой.

Дэниел Киз: Цветы для Элджерона

Элджерон – мышь, над которой ставят эксперимент по повышению интеллекта. Ученые вдруг понимают, что интеллект можно разогнать подобно метаболизму до некой наивысшей точки. Конечно же, экспериментом на мыши дело не ограничивается и новую технологию применяют и на умственно отсталом человеке. Трогательная история с хорошей дозой жесткости и чудес. Такая, знаете, легкая научная фантастика.

Вообще, несмотря на то, что Дэниел Киз – писатель, он почти всю жизнь так или иначе работал с психически больными людьми или людьми с отклонениями, например, преподавал английский для детей с ограниченными способностями. Все образы в его книгах имеют свои прототипы, какие-то реальны полностью, какие-то частично выдуманные. Сам Киз мечтал быть писателем, но родители посчитали, что ему надо быть врачом и он посвятил психологии несколько лет жизни. Возможно, именно поэтому он пишет довольно четко, где-то даже научно, не расплываясь в метафорах и прочих стилистических приемах. Его очень приятно и легко читать.

По этой книге сняли фильм «Чарли» в 1968 году, он получил много наград, в т. ч. «Оскар» за лучшую мужскую роль. После него была еще куча экранизаций, но ни одна из них меня не заинтересовала (начинала смотреть и выключала). На эту тему я бы посоветовала посмотреть старенький фильм с Робертом Де Ниро, который не является экранизацией «цветов», но очень похож по посылу.

Дэниел Киз: Таинственная история Билли Миллигана

В 2017 году эта книга стала моей любимой художественной. И хотя стиль Киза довольно-таки научный, а произведение объемное, все равно читается на одном дыхании. Билли Миллиган – реальный человек с диагнозом множественной личности. Это значит, что единовременно в сознании Билли может быть только какая-то одна личность, а другие «спят». При этом личность, которая в сознании, может совершить какой-то поступок, о котором никак не могут узнать другие личности. Так они постоянно преподносят друг другу сюрпризы и изо всех сил стараются стать одним целым.

Некоторые личности раскрыты больше других, например, мы очень много знаем о Рейджене, Артуре, Томми и почти ничего, скажем, о Кристофере и Шоне. Интересно, что у разных личностей разные акценты и они из разных стран. Моей любимой личностью был югослав Рейджен ­– коммунист, который пьет водку, занимается спортом, отлично дерется, и обожает детей.

Книга понравится тем, кто любит научную фантастику, психологию и «основанное на реальных событиях». Сразу скажу, что фильм «Сплит», снятый на основе этой истории, не имеет ничего общего с Билли Миллиганом, это 2 разные истории.

Источник: https://www.be-bloggers.com/leisure/books/932-10-luchshikh-knig-pro-psikhicheski-bolnykh.html

Испытание болезнью: как общаться, сохранить отношения и помочь близкому

Летти Коттин Погребин.

Посвящается всем, кто делился со мной своими историями и тайнами, а также доктору Ларри Нортону

Если сердцу – хоть одному —
Не позволю разбиться —
Я не напрасно жила!
Если ношу на плечи приму —
Чтобы кто-нибудь мог распрямиться —
Боль – хоть одну – уйму —
Одной обмирающей птице
Верну частицу тепла —
Я не напрасно жила!1
Перевод В. Марковой.

Эмили Дикинсон

© Летти Коттин Погребин, 2013

© Livebook, 2014

Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Это нормально, что другим хуже, чем тебе

Когда я тяжело заболела, я погрузилась в свои проблемы и бросилась бороться за свою жизнь. У меня были собственные представления о том, как я хочу взаимодействовать с родными и близкими. И, конечно, я была уверена, что лучше всех знаю, как мне обращаться с собственной болезнью и с людьми вокруг. Насколько эта ситуация непроста для окружающих, я заметила совсем не сразу. И только годы спустя я узнала, какие страдания моя болезнь действительно причинила другим.

В какой-то момент в разговоре с «соратниками» речь зашла о том, как родственники пациентов на годы выпадают из жизни, впадают в тяжелейшие депрессии, не могут работать и сами заболевают, потому что так переживают страдания близких. Я тогда возмутилась: «Хорошенькое дело – это мы тут болеем, терпим, лечимся, переносим страшные операции, а им от этого плохо! Иной раз сам пациент уже вернулся к жизни и работает, а родственники всё страдают!»

И для меня было откровением, когда одна из подруг сказала: «Но это нормально, что родственники переживают твою болезнь тяжелее, чем ты сама!» А другая подруга добавила: «Им же страшно. Ты только вдумайся – что самое страшное, что может с тобой случиться? Ты умрешь, на этом твои страдания закончатся. Для твоего ребенка, родителей, супруга, друзей на этом ад только начнется – им придется тяжело переживать страшную потерю, это такое потрясение. А начать работу с горем нельзя, пока горе не наступило.

Вот они и дрожат и боятся годами».

И действительно: мысль о возможной смерти моих родных и близких меня саму пугает больше, чем собственный уход. Да и многие другие мысли – тоже. Что, если близкий человек станет инвалидом? Что, если он будет уходить годами? Лежа в постели и превращаясь в малое дитя или вообще в не человека? Нужна ли ему буду я? Что я могу сделать, а чего уже не могу? Сколько своих сил я могу потратить на поддержку? А сколько должна? Жизнь для меня продолжается, – но почему меня гложет чувство вины, за то, что я спокойно живу, а мой близкий человек лежит в постели? И что лучше – приходить к нему и делиться с ним? Или не травить ему душу? Тащить ли его в свою жизнь, пусть даже на часик, чтобы полежать в уголке во время вечеринки? Будет ли он этому рад? Или только еще острее осознает горечь собственного положения? Нести ли свои впечатления и развлечения к нему в палату? Или приходить только, чтобы слушать его? Ведь у него там тоже целый мир, хоть он и состоит теперь только из капельниц, диагнозов и подсчитывания таблеток.

Тех, кто нас любит, терзают страхи и сомнения: О чем можно спросить? О чем лучше не говорить? Что будет, если я предложу помощь или позову больную подругу на вечеринку? Будет ли она рада? Или разрыдается? Какие бездны разверзнутся, если я затрону больную тему? Сможем ли мы после этого нормально общаться, или наши отношения развалятся навсегда? И, конечно, главное – почему мне так плохо, когда болеет другой, и могу ли я говорить об этом, имею ли я «моральное право» на такие чувства?

Наконец появилась книга для тех, кто страдает от наших болезней не меньше, чем мы сами, но при этом должен быть сильным, мудрым и не капризничать, потому что жертвы здесь – не они. Друзьям и родственникам больных людей тоже бывает трудно и плохо. И иногда даже труднее, чем самим больным. И им тоже нужно учиться жить в новой ситуации. Пусть эта книга поможет выздороветь всем. И научиться обращаться со страданиями – своими и чужими.

Яна Франк, писательница, иллюстратор и блогер

Обращение благотворительного фонда «Счастливый мир»

Я начала заниматься благотворительностью более десяти лет назад – как волонтер, работавший с онкобольными пациентами. И в самом начале моего пути я стала свидетелем двух историй, полностью изменивших мою картину мира и показавших мне, насколько тяжелая болезнь, пришедшая в семью, меняет все, что ранее казалось незыблемым.

Болезнь, как уникальный проявляющий раствор, дает нам увидеть и удивительную красоту человека, его бескорыстную любовь, и мелочность, подлость, трусость, о которой мы раньше и не подозревали.

Первая история – про плохое. Одним из первых моих пациентов был маленький мальчик с миелобластным лейкозом. Тяжелый диагноз, плохой прогноз, обязательно нужна трансплантация костного мозга от донора. Родители приняли решение родить ему брата или сестру, потому что именно такой родственник подходит как донор лучше всего. И вот папа оказывается с мальчиком в больнице и без работы, а беременная мама дома ждет родов. Страшная бедность – никто в семье не работает, живут на пособие больного ребенка, все накопления потрачены, все, что можно было взять взаймы, уже взято. После родов выясняется, что сестра как донор не подходит. Через некоторое время мальчику становится хуже, он умирает. За все время, что я видела эту семью, никто из родственников им не помог. Боялись. Не разговаривали. Перед смертью мальчика попросили вернуть все деньги, которые семья брала взаймы, – потому что потом им будет не до того и деньги они, скорее всего, не отдадут.

Вторая история про хорошее. У одной из моих любимых пациенток, девочки-подростка, которая, забегая вперед, скажу, благополучно выздоровела от практически безнадежного диагноза, в процессе лечения случился рецидив опухоли. Ее семью очень любили, им помогали все – родственники, друзья, коллеги мамы (папы не было). Узнав о рецидиве, мы все собрались и начали думать – где взять деньги, где лечить дальше и, главное, как сказать вполне взрослому, в общем-то, человеку, что все ее мучительное двухлетнее лечение не дало никакого результата? Когда она вошла в комнату, мы все напряженно молчали. «Мне кажется, у меня рецидив, – сказала девочка. – Да? Да. Но вы зря так переживаете. Я буду бороться». Эта сцена – одно из самых сильных впечатлений в моей жизни.

Любая тяжелая болезнь – испытание не только и не столько для самого пациента, сколько для тех, кто его любит. Даже после десяти лет постоянной работы с онкологическими пациентами мне трудно представить все чувства, которые испытывает тот, кому поставили диагноз. Но положение тех, кто его любит, едва ли не сложнее. Они не могут облегчить страдания больного и вынуждены мириться и с болью любимого человека, и с ощущением собственного бессилия.

Я точно знаю, что в ситуации, когда дома тяжелый больной, нет виноватых – есть только жертвы. Нет никого, кому было бы легко.

Прочитайте эту книгу. Она очень человечно и действенно затрагивает все нюансы отношений пациента и родственников, пациента и врача, рассеивает многие сомнения и мрачные мысли, которые терзают больного наедине с самим собой. Это глубокая и оптимистичная книга, написанная человеком, знающим о болезни по собственному опыту. Она написана с любовью ко всем, кто попал в ситуацию, с которой сложно справиться. Она помогает.

Александра Славянская, президент благотворительного фонда «Счастливый мир»

Предисловие
Кто я такая и для чего написала эту книгу

Я не врач, не социальный работник, не психолог, не религиозный деятель и не психотерапевт, помогающий справиться с утратой близких, – так кто же я, почему решилась написать такую книгу? Все очень просто: у меня рак, ой, то есть был рак. Кроме того, я женщина, у которой немало друзей, и писатель, который однажды поразился той пропастью, которая разверзлась между тем, как люди относятся к больным, и тем, как сами больные хотели бы, чтобы к ним относились. Чтобы осветить этот феномен, я прежде всего обратилась к своему собственному опыту, подкрепив его данными исследований, и взяла более восьмидесяти серьезных и обстоятельных интервью у других пациентов. Многие из них, как и я, лечились в Мемориальном онкологическом центре Слоана-Кеттеринга. Все это я переплавила в книгу, которая – я знаю это наверняка – поможет вам лучше понимать ваших заболевших друзей и близких. Прежде чем перейти непосредственно к изложению, давайте определимся с целями. В ходе ознакомления со всеми этими многочисленными страницами вам предстоит узнать вот что: сопереживание, выраженное в действии, равно доброте. Это формула, понятная каждому; все, что вам нужно, – это подходящие средства для реализации ваших устремлений и ответственность, которая не позволит вам отказаться от своих намерений на ожидающем вас долгом пути. Я уверена: вы и без меня знаете, что такое дружеское участие, когда речь идет о совместном обеде, походе на стадион или обмене смс-ками с впечатлениями о только что увиденном фильме. Но когда ваш приятель или член семьи страдает от физического или душевного заболевания – когда здоровье его пошатнулось и он испытывает боль, когда ваша роль в отношениях делается уже не столь простой и понятной, когда ваш интерес и участие в судьбе друг друга уже нельзя назвать целиком обоюдным, а ваши некогда такие приятные разговоры вдруг начинают затрагивать драматические и болезненные темы, – вы можете найти новые способы быть рядом, новые возможности для оказания помощи и новые слова, чтобы сохранить ту теплоту, которая есть между вами.

Моя чувствительность к таким вещам существенно обострилась, когда я стала подмечать, как друзья реагируют на мой диагноз. Но наиболее ценные уроки, содержащиеся в этой книге, были получены мною от собратьев по лечению в онкологическом центре – именно они составили львиную долю респондентов, опрошенных мною при подготовке этого пособия. Нас, совершенно чужих людей, объединял драматизм нашего положения, он-то и побуждал нас к взаимной откровенности, эта обусловленная ситуацией близость каким-то образом давала мне возможность задавать глубоко личные вопросы и получать потрясающе искренние ответы. Как и попутчикам, оказавшимся в соседних креслах во время долгого перелета, нам было нечего терять, раскрываясь друг перед другом и позволяя правде выплывать наружу – и это не грозило нам неприятными последствиями, ведь вскоре нам предстояло расстаться, чтобы никогда больше не встретиться.

Разделив с другими людьми их правду, я усвоила, что болезнь проверяет дружбу на прочность, болезнь – это не отмеченная на карте территория, где даже самые неуверенные шаги могут оставить неизгладимый след; что болезнь подвергает испытаниям старую дружбу, дает почву для возникновения новых взаимоотношений, влияет на развитие уже имеющихся, изменяет расстановку сил, приводит к смене ролей и провоцирует появление странностей в поведении; что в присутствии больного друга слабые и неуверенные в себе люди могут сломаться, а амбициозные и энергичные приходят в маниакальное возбуждение, чтобы хоть как-то скомпенсировать собственную беспомощность; что здоровые знакомые иногда начинают излишне опекать больного, а прежде скромные и застенчивые люди становятся вдруг лицемерами.

В признаниях пациентов находили отражение самые различные модели поведения: не всем больным требуется одинаковое количество внимания, да и само внимание может выражаться по-всякому. Женщины и мужчины зачастую воспринимают и дружбу, и болезнь по-разному. Шутка, которая кажется одному пациенту смешной, другого может оскорбить. Дружеское рукопожатие в одном случае может принести утешение, а в другом покажется снисходительным. Эмоции, вызванные чьей-то болезнью, могут накрыть вас с головой, проявляющиеся у друга симптомы вызовут неприязнь и отчуждение, а медицинский жаргон покажется шокирующим. Чужие проблемы со здоровьем могут вызвать в памяти испытания, через которые когда-то прошли вы сами или ваши близкие. Оказавшись лицом к лицу с несчастьем, люди сплошь и рядом впадают в ступор или в панику, неумело симулируют действия, призванные облегчить ситуацию, пытаются выдать решение проблемы, не разобравшись в ситуации, говорят не то, впадают в излишнюю болтливость, ерзают, сидя у постели больного, садятся слишком близко к пациенту или встают слишком далеко. Некоторые из нас вообще не навещают захворавших друзей. Другие навещают, засиживаются слишком долго и в итоге делают только хуже. Кто-то приносит неуместные и ненужные гостинцы, а кто-то, напротив, является с пустыми руками и сгорает со стыда, увидев, что вся палата завалена букетами и воздушными шариками.

Истории, услышанные от других, помогли мне лучше разобраться в своих собственных реакциях и подстегнули во мне решимость стать более чутким и надежным другом для своих недужных знакомых. На примере других я убедилась, что недостаточно быть просто добродушным человеком, если вы при этом не замечаете боли в чьих-то глазах; что дружба может подпитывать, помогать и исцелять, а может разочаровывать и даже душить. С каждым новым интервью я изумлялась, каким тонким и легкопроницаемым может оказаться барьер, отделяющий благие намерения от дурных поступков; насколько человек силен и в то же время уязвим и до чего разнообразные формы принимает восприятие людьми горестей, потрясений и болезней их близких.

Щедрость тех, кого я опрашивала, их готовность уделить мне время, заново пережить болезненные воспоминания и поделиться зачастую рожденными собственной болью и страданием советами в итоге и вылились в эту книгу. Должна предупредить: некоторые их рекомендации могут показаться вам банальными и самоочевидными (или, может быть, они кажутся таковыми только мне?). Тем не менее я все равно включила их в книгу: частота, с которой они повторялись, наводила на мысль, что, наверное, эти вещи очевидны и интуитивно понятны далеко не всем. Если пять или десять процентов советов заставят вас досадливо поморщиться, я прошу вас о снисхождении от лица тех читателей, которым требуется чуть больше помощи, для того чтобы они сами смогли кому-то помочь.

Точно так же часть советов может не иметь никакого отношения к вашей жизни в данный конкретный момент. Допустим, у вас нет родственников, страдающих раком простаты, друзей, постепенно впадающих в старческое слабоумие, или знакомых, чьи дети неизлечимо больны. Помните, что эту книгу вовсе не обязательно читать от корки до корки; к ней можно обращаться по мере необходимости. Вы можете пропустить некоторые главы, сосредоточиться на том, что важно для вас именно сейчас, а потом отложить книгу в сторонку с тем, чтобы снова обратиться к ней в будущем, когда в вашем окружении стрясется еще какая-нибудь беда. А это, к сожалению, уж поверьте мне, неизбежно.

Эта книга могла появиться на свет только сейчас, всего поколение назад это было невозможно: в те времена многие больные – особенно страдающие раком, незаметными внешне заболеваниями вроде диабета или сердечно-сосудистых недомоганий, а также психическими расстройствами – старались, как и геи, это скрывать и неохотно признавались в своих проблемах из страха, что диагноз ляжет на них пятном позора и окружающие начнут хуже к ним относиться. Ситуация радикально изменилась в 1990 году с принятием в Америке Закона о защите прав нетрудоспособных граждан США, тут же возник целый бум откровенных ток-шоу, медицинских сайтов в интернете и онлайн-форумов, посвященных тем или иным недугам.

Одним из ключевых факторов, приведших к изменению общественного мнения, стало и то, что многие известные люди придали свои болезни огласке (в большинстве случаев по своей собственной инициативе, хотя некоторые и невольно). Вспомните Элизабет Эдвардс, Энн Ромни, Шерил Кроу, Кристину Эпплгейт и Бетти Форд (рак молочной железы); Китти Дукакис, Денниса Куэйда, Боба Дилана и Линдси Лохан (наркомания); Майкла Джея Фокса, Мухаммеда Али, Билли Грэма и Джонни Кэша (болезнь Паркинсона); Майкла Дугласа (рак горла); Стива Джобса (рак поджелудочной железы); Барбару Уолтерс и Рози О’Доннелл (заболевания сердца); принцессу Диану (расстройство приема пищи); Шерил Кроу (опухоль мозга); Глена Кэмпбелла, Лоретту Янг, Айрис Мердок, Рональда Рейгана или, скорее, его жену Нэнси, выступавшую от его имени (болезнь Альцгеймера); Дика Кларка, Джеральда Форда, Деллу Риз, Тэда Уильямса и Кларенса Клемонса из группы «Е Street Band» (инсульт); Кэтрин Зета-Джонс, Курта Кобейна, Бритни Спирс, Мэрриет Хартли (биполярное расстройство); Гарри Белафонте, Роберта де Ниро, Колина Пауэлла, Джона Керри и Руди Джулиани (рак предстательной железы); Лэнса Армстронга (рак яичка); Ирвина «Мэджика» Джонсона, Рока Хадсона, Энтони Перкинса, бывшую «подружку» «Playboy» Ребекку Армстронг и сенатора штата Нью-Йорк Томаса Дуэйна (ВИЧ или СПИД); Ричарда Прайора, Монтела Уильямса и Джоан Дидион (рассеянный склероз); Нейла Янга, Элтона Джона, Марго Хемингуэй и Дэнни Гловера (эпилепсия); Дрю Берримор, Элтона Джона, Стивена Тайлера, Бена Аффлека, губернатора Техаса Энн Ричардс, Стивена Кинга, Энтони Хопкинса и снова Бетти Форд (алкоголизм) – и это лишь незначительная часть списка.

Хотя мы можем осуждать досужих сплетников и стервятников от поп-культуры, поднимающих шумиху вокруг «больных знаменитостей», однако широкое обсуждение недугов известных личностей имеет и благотворный побочный эффект – общество становится все более информированным. Обычные люди, сталкивающиеся с проблемами, чувствуют себя менее оторванными от общества и меньше переживают, зная, что таким же заболеванием страдает, например, принцесса Диана, или де Ниро, или писательница Джоан Дидион; да и все мы теперь знаем о причинах, симптомах и лечении разнообразных недугов куда больше, чем прежде.

Если бы мне пришлось выбирать, когда именно заболеть раком, я бы не смогла выбрать более удачного момента, чем сейчас. Мало того что интернет в изобилии поставлял ответы на все мои невысказанные вопросы, так мне еще и не нужно было утаивать свою болезнь. (В некоторых случаях несправедливые условия медицинской страховки или предубеждения работодателей заставляют людей скрывать состояние своего здоровья, но это уже другая история.) Едва услышав свой диагноз, я «предала его огласке». Ничуть не стесняясь болезни, я была открыта для советов и могла общаться с другими женщинами, оказавшимися со мной «в одной лодке». И, что самое главное, я свободно могла делиться своими горестями и радостями с друзьями, другими пациентами, а теперь и с вами.

Интерлюдия
Мое благословенное лето

9 июня 2009 года. Круглая дата, когда мне стукнуло небывалое и внушительное количество лет, оказалась вовсе не такой ужасной, как я ожидала. Учитывая багаж прожитых лет и разнообразные обстоятельства, главным моим ощущением было изумление: я вообще не рассчитывала дожить до подобного возраста, тем более в добром здравии и отличной форме. Моя мать умерла в пятьдесят три. Я уже пережила ее на семнадцать лет. Мне казалось, я улизнула от предназначенной мне пули. Я думала, что могу наконец расслабиться.

Мое тогдашнее состояние здоровья не могло меня не окрылять. По части энергии я могла бы поспорить со многими тридцатипятилетними. Я по-прежнему могла пройти быстрым шагом несколько миль без всякой одышки, обходилась пятичасовым сном, а порой могла позволить себе и целую бессонную ночь, если надо было дописать материалы в срок, причем на следующий день не ползала как сонная муха и чувствовала себя сносно. И хотя меня здорово пугали события на мировой арене – в то лето был отмечен экономический спад, израильтяне вторглись в сектор Газа, а в Иране президентом повторно был избран Махмуд Ахмадинежад, – я была чрезвычайно довольно своим маленьким фрагментом реальности, своим браком, членами семьи, работой и друзьями. Нет, постойте! Рискуя показаться самой натуральной мещанкой, уточню: то, что я ощущала в июне 2009 года, было куда глубже и сильнее, чем просто удовлетворение, – это была эйфория.

В качестве подарка самой себе ко дню рождения я завела дневник, в котором собиралась отражать всякие случайно снизошедшие на меня откровения по поводу старения, фиксировать свои повседневные дела и тайком хвастаться, мол, как же я была удивлена, обнаружив вдруг, что и в семьдесят лет можно оставаться счастливой. (Тайком, потому что я суеверна и всегда боюсь сглазить, рассказывая о чем-то хорошем направо и налево.) Как известно любому поэту, гладкий пейзаж радости, не теряя при этом оригинальности и точности, изобразить куда сложнее, чем каменистый ландшафт скорби, но я хотела как минимум попытаться облечь в слова, каково это: наконец прийти к гармонии со своим возрастом.

Проще говоря, семидесятилетие стало для меня лучшим днем рождения, ничего подобного я не испытывала с тех пор, как мне стукнуло десять (ура! Теперь мой возраст измеряется двузначными числами, ну наконец-то!). Оно было даже лучше двадцатилетия, когда я отпраздновала начало взрослой жизни, перебравшись в свою первую съемную квартиру в Гринвич-Виллидже. После того как мне исполнился двадцать один и я с замиранием сердца впервые отдала свой голос за Джона Ф. Кеннеди на президентских выборах 1960 года, ни один последующий день рождения не казался мне достойным празднования, ведь он еще на год приближал меня к тому возрасту, в котором умерла мама. Я замечала лишь смену десятилетий, вызывавшую у меня легкое головокружение.

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Источник: https://bookz.ru/authors/letti-kottin-pogrebin/ispitani_787/1-ispitani_787.html

Победить рак

«Победить рак» — это захватывающая история борьбы, отчаяния, веры и снова борьбы с болезнью, о которой до сих пор не было принято говорить. Ее боялись. Ее сторонились. Главная героиня книги Марина Пак — доктор, оказавшийся пациентом онкологической клиники, откровенно рассказывает в своем дневнике о том, как она дошла до дна отчаяния, но нашла силы вернуться в обычную жизнь. Но есть ли она, жизнь после рака? В этой истории многое похоже на детектив, только наоборот: убийца уже известен, а единственный способ его остановить еще надо найти. Что вообще такое этот рак, черт возьми? Почему всё так страшно? Почему страшно даже произнести это короткое слово — РАК? Автор книги, журналист Катерина Гордеева, спрашивала всех: самых знающих из тех, кто лечит. Самых смелых, но не всегда побеждающих, — из тех, кто болеет. Из ответов на волнующие всех вопросы о раке и состоит эта книга. Потому что вы имеете право знать. Потому что вы должны знать. Потому что, когда знаешь, — не так страшно. Лайма Вайкуле, Людмила Улицкая, Михаил Горбачев, Эммануил Виторган, Мари Фредрикссон, Анатолий Чубайс, а вместе с ними выдающиеся ученые, врачи-онкологи, академики и нобелевские лауреаты разных стран доказывают: победить рак — значит победить страх. Книга, которую вы держите сейчас в руках, — лучшее тому доказательство.

Источник: https://ru.bookmate.com/books/krezx6mO

На прошлой неделе в эфир вышел уникальный для российского телевидения проект. И сама идея, и стилистика, в которой он сделан, скорее органична, к примеру, для канала ВВС или вообще для какого-нибудь фестиваля или форума гуманитарных программ. Но он вышел на НТВ.

20, 21 и 22 марта канал показал документальный цикл Катерины Гордеевой «Победить рак». Работа над ним шла больше года. Редкий случай среди телевизионщиков: коллеги по цеху с разных каналов, обычно редко следящие за работами друг друга (ну или не признающиеся в том, что их смотрят), не только делились в социальных сетях тем, что смотрели этот фильм в эфире, но и не скупились на похвалы. Что с учетом телевизионных нравов случай еще более редкий.

В трехсерийном проекте Катерины Гордеевой и всей съемочной группы, готовившей этот фильм, соединилось сразу множество телевизионных форматов. Это и архивы, медицинские хроники, изложенные понятным для всех языком, научные эксперименты, репортаж, художественная реконструкция, монологи-исповеди и интервью как врачей, так и тех, кто пережил рак. Есть в этой работе и социальный контекст. Понятно, что с раком борются во всем мире, и всюду эта страшная болезнь считается почти неизлечимой. Но в России это как-то уж совсем безнадежно. В фильме есть рассказ о том, с каким невероятным трудом можно получить квоты на бесплатное лечение, о том, что необходимые лекарства для борьбы с раком часто невозможно привезти в Россию легально, потому что они запрещены, и про уральский городок Асбест, жители которого из-за вредного производства обречены на онкологию…

Конечно, все по отдельности жанры и даже иногда вместе взятые уже давно присутствуют во множестве документальных телевизионных проектов. Но такого фильма еще не было никогда. Рак действительно, как и война, коснулся практически каждой семьи. Катерина Гордеева сняла фильм на три с лишним часа эфирного времени, и при этом работа сделана так, что этого времени не замечаешь. Хотя смотреть фильм «Победить рак» эмоционально очень тяжело. И иногда его хочется просто выключить на несколько минут, чтобы сделать передышку. Выдохнуть, отогнать накрывающий сознание страх, который накатывает, когда слышишь с телеэкрана рассказы врачей и пациентов о первых признаках онкологического заболевания, о том, как его избежать и какая нужна профилактика от рака. Среднестатистическому человеку, конечно, воспринимать это все непросто. Но фильм как раз имеет обратный эффект. Он насквозь пронизан гуманистической идеей о том, что с раком можно жить, что его можно переломить и даже умирать иногда не так страшно, если, конечно, на это хватает характера и душевных сил.

Для этого фильма многие известные люди впервые согласились публично рассказать о том, как они сумели пережить эту болезнь. О том, как они пережили новость о том, что у них рак, и как существовали с ней. О своей драме говорили Лайма Вайкуле, Людмила Улицкая, Эммануил Виторган и еще несколько всемирно известных людей. Михаил Горбачев рассказывал о неизлечимой болезни своей жены и о последних днях Раисы Максимовны.

Не менее пронзительны и исповеди врачей. Ученых с мировым именем. Одна из самых страшных историй в фильме — признание одного из известных российских онкологов. Будучи молодым врачом, она не смогла помочь своей пациентке, потому что согласно существующей инструкции не выписала ей дорогостоящий препарат, потому что эта семья фактически не могла себе его позволить. Формально человека лишили надежды, обрекли на медленную смерть. Спустя годы к врачу приехала взрослая дочь этой пациентки, она обвинила доктора в полной некомпетентности и обмане. Оказалось, что эта семья тогда сумела найти возможность уехать за границу. А там нашлись необходимые лекарства, и жизнь женщины была продлена. Она умерла уже гораздо позже и без мучений. Профессор со слезами на глазах признается в кадре, что эта история переломила ее жизнь и с тех пор она без оглядки на существующие инструкции руководствуется только одним: если есть возможность продлить и спасти жизнь онкологическому больному, значит, надо это делать несмотря ни на что.

Вместе с героями этого фильма можно плакать (иногда это случается непроизвольно), а можно поражаться тому, сколько же они смогли пережить, чтобы не пасть духом. Во всяком случае, глядя на тех, кто рассказывает о том, как смог жить со смертельной болезнью, или вспоминает своих умерших близких, только догадываешься и ощущаешь, какой это ужас. И никакого трэша, который так любит при подобных историях сегодняшнее телевидение, особенно НТВ, тут нет.

Уникальность работы «Победить рак» еще и в том, что в основе трехсерийного фильма лежит личный дневник реального человека. Именно с этих воспоминаний, облеченных в художественную форму-реконструкцию, начинается рассказ и ими же он заканчивается. Только в финале вместо актрисы в кадре уже та самая женщина, испытавшая на себе этот страшный диагноз — рак. Главную героиню зовут Марина Пак. Она мама шеф-редактора этого фильма Софьи Гудковой. Марина дала согласие рассказать в телеэфире о том, что она пережила и как сейчас идет ее жизнь, для того, чтобы миллионы тех, кто сталкивается с онкологией, не опустили руки. Наверное, еще и от этого редкого для эфира примера, когда герои и создатели телепроекта связаны не просто и не только работой, создается такая необычная атмосфера фильма, задающая тон всей его стилистике.

Важно и то, что, создавая этот фактически гуманитарный и просветительский проект, его создатели не забывали здесь про то, что это все-таки телевизионный продукт. И телевидение тут не перестало быть телевидением. «Победить рак» — результат невероятной журналистской работы. Профессионально точны режиссер и оператор, монтажные склейки, музыка, титры, свет. И даже финальные виньетки участников фильма органично держат темпоритм и работают на общую оптимистическую идею картины.

Конечно, обвальных рейтингов тут ждать не приходилось. Более того, казалось, что эта репутационная работа Катерины Гордеевой обречена на провал с точки зрения телевизионного смотрения. Однако все оказалось удачнее, чем могло быть. Фильм выходил в эфире НТВ в очень позднее время, 23:30, и заканчивался ближе к часу ночи. И при этом доля телевизионной аудитории была вполне приличной для такого тайм-слота и сохранялась почти на одном и том же уровне. В Москве фильм смотрели активнее: количество зрителей составило 13,5% (рейтинг 3,2%), общероссийская аудитория меньше — 11,5% (первую серию смотрело 13% аудитории, дальше показатели снизились до 11,6%). Но в целом оттока зрителей от фильма, который, конечно, никак нельзя причислить к телеразвлечению, не было. Если говорить в абсолютных цифрах, то в городах-миллионниках в среднем каждую серию «Победить рак» посмотрели один миллион триста тысяч человек. Возможно, что среди них есть люди, которым теперь не так страшно слышать про рак. Ну или хотя бы не парализующе страшно.

Еще один человек, который работает в особом жанре, называя себя журналистом и репортером, дебютировал в новом для себя амплуа. Аркадий Мамонтов стал еще телеведущим. На прошедшей неделе на канале «Россия 1» появилась новая линейка. Теперь не в воскресенье, а во вторник, в 22.55 здесь будет выходить цикл «Специальный корреспондент». В течение часа тут представят зрителям и фильм, и его обсуждение в большой студии с гостями и экспертами. Дебют Мамонтова состоялся 20 марта. Новое амплуа обязывало к иному стилю, хотя бы внешнему. Они были. Появились пиджак и уложенные волосы. В остальном без изменений. Название очередной работы Аркадия Мамонтова абсолютно органично для его предыдущего многогранного телевизионного творчества: фильм называется «Богатые». Тема и стилистика тоже очевидны: «Из общности «советский народ» вылупились так называемые новые русские, которые уже не первый год удивляют, потрясают, шокируют западное сознание. И не только западное». Разумеется, эти «разодетые, с пухлыми кошельками», которые, «щедро рассыпая по миру миллионы долларов и евро», заслужили быть заклейменными автором фильма.

Святое дело в таком фильме противопоставить «прокатывавшим деньги в Ницце и Каннах» тем людям, которые «недоедали, недосыпали и спали в бараках». Иначе это был бы не Аркадий Мамонтов. Конечно, в этом фильме вы не услышите никаких знакомых фамилий олигархов и уж тем более имен российских чиновников (хотя, говоря о мэре одного швейцарского городка, Мамонтов с пафосом подчеркивает, что вот он «ездит на велосипеде, а не на «мерсе»»). А весь авторский пыл направлен только на одного человека — бывшего владельца компании «Уралкалий» Дмитрия Рыболовлева. Почему именно этому бизнесмену досталось больше других в эфире «России 1», желающие могут узнать, просмотрев историю вопроса с передачей собственности этого предприятия и сопутствующее ей «информационное сопровождение». В общем, из фильма следовало только одно: господин Рыболовлев самый плохой богатый из всех богатых в России. Возмущался Аркадий Мамонтов и тому, что он не хочет финансировать футбольный клуб, например, в Тамбове, а вот в Монако команду себе приобрел.

В этом проекте еще много чего (что обычно и бывает в работах этого автора) перевернуто с ног на голову. Ну а как ведущему Аркадию Мамонтову, конечно, надо еще порепетировать. Для начала хотя бы научиться запоминать вопросы, которые он уже успел задать своим гостям в рамках небольшого эфирного времени. Иначе они ему об этом сами напомнят, как и случилось в студии «Специального корреспондента». А еще все-таки брать себя в руки и не срываться на фальцет, даже когда совсем невмоготу и болит душа за судьбу родины, которая страдает под гнетом олигархов.

Впрочем, похоже, российскому зрителю нравится, когда ему рассказывают и показывают про плохих богатых. И государственное телевидение эту тему поощряет. Доля аудитории премьерного цикла «Специальный корреспондент» составила в среднем более 15% зрителей.

Арина Бородина

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/1895720

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *