.

Кюблер росс элизабет

Кюблер-Росс Э. О смерти и умирании

От чтения книги можно уклониться, но нельзя уклониться от проблемы.
Проблема в том, что умирать придется каждому. Хуже того, почти каждому приходится провожать самых близких — в этом случае невежество и беспомощность не просто вредны и жалки: они безнравственны.
Смерть — такое же великое событие, как и рождение. А подготовка к ней, умирание, — такая же полноценная часть бытия, как и детство. Нет второстепенных, не важных этапов жизни, каждый этап богат по-своему. И если мы отворачиваемся от умирающих, лишая их последнего богатства — душевного общения, то должны быть готовы к тому, что так же поступят с нами наши потомки.
Эта книга — учебник: она учит разумному и достойному поведению перед лицом смерти. Учит медиков-профессионалов и детей, милосердных знакомых, близких и дальних родственников, врагов и друзей умирающего — все мы, оказывается, плохо знаем предмет.
Мы хотели бы, чтобы те, кому придется готовить и провожать нас в последний путь, вначале прочитали эту книгу.

Памяти моего отца и Сеппли Бачер

ПРЕДИСЛОВИЕ

Когда меня спросили, не хочется ли мне написать книгу о смерти и умирающих, я восприняла идею с большим энтузиазмом. Но стоило мне присесть и поразмыслить над тем, во что я ввязалась, как все предстало в совершенно ином свете. С чего начать? Какие материалы включить в книгу? Что я смогу рассказать незнакомым людям, читателям, как мне поделиться с ними опытом общения с умирающими? Это общение происходит большей частью без слов — его нужно ощущать, переживать, видеть. Как передать это словами?

Я работала с умирающими больными последние два с половиной года. Моя книга расскажет о начале этого эксперимента, который в итоге стал для всех его участников важным и поучительным опытом. Это не учебник, посвященный уходу за умирающими, и не исчерпывающий справочник по их психологии, Моя книга—просто документальный отчет о новой и многообещающей возможности увидеть в больном человека, вовлечь его в беседу, узнать от него сильные и слабые стороны обращения с пациентами в наших больницах. Мы попросили больного стать нашим наставником, помочь нам больше узнать о завершающих стадиях жизни со всеми их тревогами, страхами и надеждами. Я просто пересказываю истории своих пациентов, которые делились с нами своими муками, ожиданиями и отчаянием. Я надеюсь, что эта книга поможет нам не отводить глаза от безнадежных больных, а сблизиться с ними, ведь все мы в состоянии оказать им огромную помощь в последние часы жизни. Те редкие люди, кому уже доводилось делать это, понимают, что подобные переживания приносят пользу обоим: они узнали много нового о деятельности разума и об уникальных гранях человеческого существования. Они обогатились этим жизненным опытом и, скорее всего, с меньшим беспокойством относятся к собственной бренности.

Литературно-художественное издание

Источник: https://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Psihol/kyubler/

Кюблер-Росс, Элизабет

В Википедии есть статьи о других людях с фамилиями Кублер (фамилия) и Росс.

Элизабет Кюблер-Росс

Elisabeth Kübler-Ross

Дата рождения

8 июля 1926

Место рождения

Цюрих, Швейцария

Дата смерти

24 августа 2004 (78 лет)

Место смерти

Скотсдейл, Аризона, США

Страна

  • США
  • Швейцария

Научная сфера

психиатрия

Место работы

  • Чикагский университет

Альма-матер

  • Цюрихский университет
  • Колорадский университет в Боулдере
  • Колорадский университет

Известен как

создательница модели Кюблер-Росс

Награды и премии

Цитаты в Викицитатнике

Элизабет Кюблер-Росс (нем. Elisabeth Kübler-Ross; 8 июля 1926, Цюрих — 24 августа 2004, Скотсдейл, Аризона, США) — американский психолог швейцарского происхождения, создательница концепции психологической помощи умирающим больным и исследовательница околосмертных переживаний. Её книга «О смерти и умирании» 1969 года стала бестселлером в США.

Первая подняла вопрос об ответственности врача не только за здоровье умирающего, но и за то, чтоб последние дни жизни больного были прожиты с достоинством, без страха и мучений. Тема смерти её стала интересовать ещё в детстве, когда она впервые увидела умирающего. Это был её сосед, который упал с дерева и умер в своей постели среди родных и близких. По другой версии, когда умерла её соседка по больничной палате, одна в холодной медицинской атмосфере, вдали от родных. Тогда Элизабет подумала, что существует правильный способ умереть.

Кюблер-Росс окончила медицинский факультет Цюрихского университета, после чего в 1958 году уехала в США. Она много работала в больницах Нью-Йорка, Чикаго и Колорадо. Её глубоко возмущало обращение врачей с умирающими больными. В отличие от коллег, она с умирающими общалась, слушала их исповеди. Так появился курс лекций о предсмертном опыте.

Позднее в своих книгах, лекциях и семинарах она все больше уделяла внимания собственным путешествиям вне тела и загробной жизни. Кюблер-Росс не верила в существование смерти и считала смерть переходом в другое состояние. Она верила в загробную жизнь и считала, что после смерти люди становятся полноценными:

После смерти люди снова становятся полноценными. Слепые могут видеть, глухие — слышать, калеки перестают быть калеками, поскольку все их увечья перестают существовать.

Оригинальный текст (англ.) People after death become complete again. The blind can see, the deaf can hear, cripples are no longer crippled after all their vital signs have ceased to exist

Она также практиковала посещение медиумов и водила к ним пациентов. Известен случай, когда один из медиумов предлагал вдовам, с которыми работала Кюблер-Росс, соитие с их умершими мужьями. После чего некоторые вдовы сообщали о полученных венерических инфекциях.

Она также познакомилась с одним шарлатаном из Арканзаса, который преподавал различные эзотерические практики и нестандартные виды религиозно-сексуальной терапии. Устав от подобного поведения, её муж развелся с ней в 1979 году. Хотя в США было открыто около 2500 хосписов благодаря ей, её репутация была разрушена, а коллеги дистанцировались от неё.

В 1994 году после инсульта, которые вызвал частичный паралич левой части тела, она переехала жить в Скотсдейл, Аризона. Остаток дней она провела, сидя по 18 часов перед телевизором в инвалидной коляске, а 24 августа 2004 года в возрасте 78 лет Кюблер-Росс скончалась.

Пять стадий принятия смерти

Из наблюдений за реакцией больных после оглашения им смертельного диагноза Кюблер-Росс выделяла пять стадий:

  1. Отрицание. Больной не может поверить, что это действительно с ним случилось.
  2. Гнев. Возмущение работой врачей, ненависть к здоровым людям.
  3. Торг. Попытка заключить сделку с судьбой. Больные загадывают, допустим, что они поправятся, если монетка упадет орлом.
  4. Депрессия. Отчаяние и ужас, потеря интереса к жизни.
  5. Принятие. «Я прожил интересную и насыщенную жизнь. Теперь я могу умереть».

Однако многие исследователи указывают на проблемы этой модели:

  1. Согласно наблюдениям, пациенты не проходят через все стадии, а порядок их следования не соблюдается
  2. Кюблер-Росс не использовала методологий сбора и анализа данных, стадии были выделены ею после проведения интервью с больными, которое носило субъективный характер
  3. Стадии скорее предписывают больным, как себя чувствовать, чем описывают, как они себя чувствуют на самом деле. Больные и их родственники подстраиваются под известную программу стадий
  4. Сильная зависимость состояния пациентов от окружения не дает оснований полагать, что они пройдут через одни и те же стадии.

> Библиография

Примечания

  1. 1 2 Немецкая национальная библиотека, Берлинская государственная библиотека, Баварская государственная библиотека и др. Record #118567500 // Общий нормативный контроль (GND) — 2012—2016.
  2. 1 2 идентификатор BNF: платформа открытых данных — 2011.
  3. http://www.nndb.com/lists/503/000063314/
  4. Find a Grave — 1995. — ed. size: 165000000
  5. Broom, Sarah M.. Milestones, TIME (Aug 30, 2004).
  6. 1 2 3 4 Elisabeth Kübler-Ross. — некролог в журнале The Economist. Дата обращения 8 декабря 2011. Архивировано 3 февраля 2012 года.
  7. Dead Like Her. How Elisabeth Kübler-Ross went around the bend. // Ron Rosenbaum
  8. Sex, Visitors from the Grave, Psychic Healing: Kubler-Ross Is a Public Storm Center Again by Karen G. Jackovich. In People, October 29, 1979, page found 2011-03-05.
  9. Pseudoscience and Extraordinary Claims of the Paranormal: A Critical Thinker // Jonathan C. Smith
  10. Kubler-Ross and other Approaches // Baxter Jennings, Charlene Gemmill, Brandie Bohman, Kristin Lamb
  11. MacIejewski, Paul K.; Zhang, Baohui; Block, Susan D.; Prigerson, Holly G. (2007). “An Empirical Examination of the Stage Theory of Grief”. JAMA. 297 (7): 716—23. DOI:10.1001/jama.297.7.716. PMID 17312291.
  12. Friedman, Russell; James, John W. “The Myth of the Stages of Dying, Death and Grief”. Skeptic Magazine. 14 (2): 37—41. Also available as: Stages of Grief: The Myth (недоступная ссылка). The Grief Recovery Institute (January 5, 2012). Дата обращения 8 октября 2014. Архивировано 6 сентября 2014 года.

ИНТЕРВЬЮ С ДОКТОРОМ ЭЛИЗАБЕТ КЮБЛЕР-РОСС

Доктор медицины Элизабет Кюблер-Росс — это уникальное и неповторимое явление. Она признана ведущим, на протяжении последних 20 лет, авторитетом в области смерти, умирания. Необходимо также заметить, что именно она ввела данную тематику как область узаконенного дискурса в медицинском сообществе. Ее первая книга «О смерти и умирании», ставшая в настоящее время классической, считается образцовым текстом по этой теме и рекомендована к чтению в большинстве основных медицинских образовательных учреждений и в высших школах по психиатрии и теологии.

Однако влияние Кюблер-Росс простирается далеко за границами ее профессиональной области. Ее лекции, семинары, выступления в средствах массовой информации и книги достигли миллионов людей во всем мире, давая им возможность общаться на темы, которые так глубоко влияют на каждого из нас.

Доктор Кюблер-Росс получила медицинскую степень в 1957 году Университете Цюриха. Она начала свою новаторскую работу с неизлечимо больными в Медицинском центре университета Колорадо в Денвере и в настоящий момент является профессором медицины и психиатрии Университета Вирджинии в Шарлоттесвилле. В 1979 году журнал «Ladie’s home» удостоил ее премии «Женщина десятилетия», после присуждения ей премии «Женщина года» в области науки в 1977 году. Она также является лауреатом премий и наград, слишком многочисленных, чтобы перечислять их здесь.

Даже неполный список ее великолепных книг впечатляет: «Вопросы и ответы о смерти и умирании», «Жить до тех пор, пока мы не скажем «До свидания», «Жить со смертью и умиранием», «Пережить это», «Смерть: заключительная стадия роста», «Дети и смерть», «СПИД: предельное испытание».

В интервью с доктором Дэниэлем Редвудом Кюблер-Росс описывает свои сильнейшие впечатления от посещения в 1945 году освобожденного концлагеря. этот опыт определил весь ход ее дальнейшей жизни. В этом контексте она выдвигает в высшей степени противоречивую идею о том, что Гитлер живет в каждом из нас. эту мысль подала ей молодая еврейская девушка, выжившая в концлагере. Признавая невыразимый ужас Холокоста Кюблер-Росс поднимает вопрос о природе зла в человеке и о корнях этого зла. Она также делится своими размышлениями по поводу страха, отрицания и неуверенности, которые характеризуют отношение к смерти в современных гуманитарных науках на Западе.

Из-за слабого здоровья доктор Кюблер-Росс больше не преподает, не читает лекций и не ведет семинары.

Интервью:

Д.Р. Что послужило причиной того, что Вы затратили столько времени, усилий и внимания на изучение вопросов смерти и умирания?

К.-Р. это началось в Майданеке, концентрационном лагере, где я попыталась понять, как дети шли в газовые камеры, потеряв семью, дом, школу и вообще все. Стены лагеря были покрыты рисунками с бабочками. Их нарисовали дети.

Я совершенно не могла понять этого. Тысячи детей отправлялись в газовые камеры, и вот послание, которое они оставляют после себя, — бабочка. Вот, что было в начале.

В этом концентрационном лагере была девушка, с которой мы встретились. Я думаю, Вы понимаете, что я была тогда очень молоденькой девочкой, которую обошли стороной все бури жизни. Когда растешь в Швейцарии, где нет расовых проблем, нет нищеты, безработицы, трущоб, ничего этого нет… И я попала прямо в кошмар послевоенной Европы.

Я спросила ее, как могут люди, такие же как мы все убивать сотни и тысячи невинных детей и в тот же день, день за днем, беспокоиться о собственных детях, подхвативших ветрянку. это просто не укладывалось в моей голове. Я была такой наивной и неопытной.

эта девушка потеряла своих сестер и братьев, родителей, бабушек и дедушек в газовой камере. Она была последней, кого попытались впихнуть туда, но для еще одного человека уже не было места, и ее вышвырнули. Она не сразу поняла, что ее уже вычеркнули из списка живых, и больше не будут трогать. Остаток войны она провела в концентрационном лагере, поклявшись, что она выживет и расскажет миру о всех этих зверствах, свидетелем которых она была.

Когда лагерь освободили, она сказала себе: «Боже мой, если я проведу остаток жизни рассказывая о всех этих ужасах, я буду не лучше, чем сам Гитлер. Я буду сеять семена ненависти». В этот момент она пообещала тому, с кем она говорила, по всей очевидности, Богу, что она останется в концлагере до тех пор, пока не научиться прощать всем, даже Гитлеру, Когда она поймет этот урок, она будет заслуживать жизни. Вы понимаете?

Последнее, что она сказала мне, было: «Если бы ты только знала, что в каждом человеке живет Гитлер. Если мы сможем распознать его в себе и избавиться от него, мы сможем стать, как мы сейчас говорим, матерью Терезой».

И я подумала: «Да она сошла с ума! Во мне нет Гитлера!» А несколькими днями позже я почувствовала себя очень плохо и отправилась домой в Швейцарию пешком. Лучше бы я этого не делала. Я была при смерти. Меня нашли без сознания в лесу в Германии. С тифом. Но пока меня не нашли и не доставили в больницу, я страшно хотела есть. У меня не было маковой росинки во рту целых три дня. И вдруг я поняла, в середине этого похода я поняла, что если маленький ребенок будет проходить мимо с куском хлеба в руках, я вырву этот кусок хлеба из его рук.

Для меня это было озарением. Я сказала «Теперь я знаю, что она имела в виду, когда говорила, что в каждом из нас есть Гитлер. Иногда мы можем делать ужасные вещи. Когда у тебя полный желудок, даже не представляешь себе, что способен на такое».

Таким было начало пути. Когда я вернулась в Швейцарию, я решила изучать медицину, чтобы понять, почему люди из милых, невинных, прекрасных детей превращаются в нацистских чудовищ.

Именно этим мы сейчас и занимаемся на наших семинарах. Мы входим в соприкосновение с нацистскими чудовищами внутри нас, образно говоря, и пытаемся избавиться от них и, таким образом, действительно стать матерью Терезой.

Да, таким было начало, и бесконечно благодарна за этот опыт.

Д.Р. Есть ли причины бояться смерти?

К.-Р. Нет, если у Вас есть люди, которые любят Вас, которые будут следить за тем, чтобы ваши нужды выполняли, так что, если вы захотите умереть дома, вам бы дали эту возможность. Если вы не хотите умереть дома, вам по крайней мере должны предоставить возможность умереть в хосписе.

Т.к. вам нужна система поддержки вокруг Вас, нужны люди, которые Вас действительно знают, ведь люди не могут действовать за Вас. Вы должны выражать свои желания. Если вы больше не можете говорить, как не могла говорить я после удара, вам нужен кто-то, кто бы говорил за Вас. Я надеюсь, что когда я буду умирать, если я не смогу больше говорить, они, по крайней мере, отпустят меня домой, на мою ферму и дадут мне умереть дома, где я смогу выпить чашку кофе и закурить сигарету. это, конечно, плохая привычка, но я знаю об этом.

Д.Р. Не думаете ли Вы, что существует такая вещь как «святая непоследовательность», например, Вы курите, что оправдываете, хотя это и деструктивно?

К.-Р. Если бы мы могли жить счастливо, мы бы все были на диете, не пили бы кофе, не ели бы мясо, швейцарский шоколад, не курили бы и даже не дышали бы воздухом, которым мы сейчас дышим. Я имею в виду, что Земля так загрязнена сейчас, что на ней нельзя найти место для абсолютно здоровой жизни.

Мы все должны стараться вести настолько здоровый образ жизни, насколько это возможно. Например, я выращиваю овощи на 100 человек, только на органических удобрениях. это действительно здорово. Мы живем за счет фермы, она действительно сама себя поддерживает и снабжает.

Конечно, у меня есть свои слабости. Я пью кофе без кофеина, не то, чтобы это играет такую большую роль, но я, по крайней мере, пытаюсь вести более здоровый образ жизни. Когда я стала старше, я больше не могу пить алкоголь. Обычно я любила выпить бокал вина, но теперь больше не могу.

Я думаю, что по мере того, как вы духовно развиваетесь, ваше тело автоматически говорит, что вам необходимо, а что нет. Я больше не могу курить столько, сколько я курила, когда училась в институте и работала по ночам. Именно там я начала курить, чтобы не засыпать. Я больше не могу выпивать по 15 чашек кофе в день, как я это делала 20 лет назад. Теперь я пью кофе без кофеина.

Я выживаю. В конце концов, если тело скажет мне, «Хватит курить», я брошу курить. Но если кто-то будет говорить мне, что я не должна курить, не должно делать то, другое, последствия этого постоянного пиления будут, я думаю, еще более губительными для моего здоровья, чем просто слушать свое тело и жить в соответствии с этим.

У меня есть говядина на ферме. Где-то раз в год я ем говядину. Не то, чтобы я ее больше не любила, просто мне больше ее не хочется. Я думаю, что каждый, кто находится на пути духовной эволюции — на котором находятся все люди, только на разных уровнях — сам будет знает, что ему надо бросить. Вы будете бросать одно за другим. Но взамен этого придут вещи, которые будут гораздо более ценными и более значимыми, чем те, которые вы бросаете. Но мы не говорим об этом людям, иначе они начинают делать это из ложных соображений.

Д.Р. Думаете ли Вы, что существуют большие различия в культурно- обусловленном отношении к смерти? Какие из культур, по Вашему мнению, имеют наиболее здоровый подход к этому?

К.-Р. Да, конечно, например, мексиканская. Они посещают свои могилы. Они приносят туда еду, разговаривают с ними, отмечают праздники. Старые культуры также более естественны. В более изощренном, материалистическом западном мире даже умереть стоит целое состояние.

На покойника одевают обувь, которую удобно носить, кладут его на шелковые подушки, накладывают румяна на щеки, и покойники выглядят так, как будто они только спят. это так фальшиво и так нечестно! Однако это ухудшение появилось в последние годы. В прежние дни крестьяне умирали здесь так же как и в Швейцарии. У них было то, что сейчас называется поминками. это происходило в доме, в самой нарядной комнате. Приходили люди. Я вспоминаю моего соседа. Я смогла попрощаться с ним, мне позволили дотронуться до него. Первый раз в жизни я трогала покойника. Мой отец разговаривал с ним, как будто тот мог услышать его, и меня это очень впечатлило.

Не было никакой краски, румян, помады, макияжа и всего этой фальши. За последние 100 лет положение действительно ухудшилось, и в больших городах больше, чем в деревне. Но даже в этой стране еще сохранились места, где жизнь более естественная. Но в любом случае сейчас это все изменяется очень быстро.

Д.Р. Влияет ли вера в реинкарнацию или отсутствие такой веры на отношение людей к смерти?

К.-Р. С моими пациентами это происходит крайне редко. Крайне редко. Те, кто верит в реинкарнацию, иногда волнуются, что им придется вернуться на землю, что они не сделали все что могли или должны были сделать. Видите ли, мои пациенты не настолько умны и не так уж хорошо образованы. Многие из моих пациентов вообще ничего не знают о реинкарнации.

А вообще, какая разница, это не имеет значения. То, что действительно важно, это насколько ваш духовный потенциал раскрыт. Если у Вас есть вера, твердая и укорененная внутри вера, у Вас гораздо меньше проблем, чем если вы средненький протестант, средненький католик или средненький иудей.

Среди религиозных групп есть такие, у которых проблем больше, чем у остальных. У иудеев страшные понятия о смерти. Я попыталась понять, почему же у них такие проблемы. Я задавала вопросы многим раввинам. эта одна из тех немногих религий, где вы можете задать один и тот же вопрос двадцати раввинам и получить двадцать разных ответов. Один сказал мне, что вы продолжаете жить в своем сыне, и в сыне своего сына. А что, если у Вас нет сына, а есть только дочери? Вы понимаете меня?

Я спросила у другого раввина. — «Вы останетесь в их памяти.» Да, но, через сто лет никто не будет помнить меня.

Д.Р. Как может атеист или агностик наиболее конструктивно взаимодействовать с неизбежностью смерти? Есть ли экзистенциальный смысл…?

К.-Р., перебивая.

Нет никаких проблем. Когда я начинала эту работу, я не знала, с чем я столкнусь. Я воспитывалась в протестантизме, была католичкой в сердце, перешла в иудаизм. В 22 года во мне было понемножку от этого всего. Потом я работала с умирающими пациентами, и я начала понимать, что мы все одинаковы. Мы все люди. Мы родились одним и тем же образом. И мы все обычно умираем одинаково. Опыт смерти и после смерти один и тот же.

Он зависит только от того, как вы жили. Если вы жили полноценно, то вы ни о чем не жалеете, потому, что вы сделали все, что смогли. Если вы сделали много ошибок — намного лучше сделать много ошибок, чем не жить вообще. Самыми несчастными из умирающих были те люди, родители которых говорили им, например, что будут счастливы видеть своего сына доктором. Они думали, что они могут купить родительскую любовь, делая так, как мама им сказала. Они никогда не прислушивались к своим мечтам. Они оглядываются назад и говорят:»У меня была хорошая жизнь, но я никогда не жил». По-моему, это самый грустный способ жизни.

И поэтому я говорю людям, и я действительно именно это имею в виду, надо делать только то, что тебя действительно задевает. Такие люди умирают с чувством, что они чего-то достигли, гордые собой, тем, что они смогли сделать это.

Д.Р. Есть ли какое-то оправдание тому, кто скрывает от умирающего тот факт, что он умирает?

К.-Р. Да, вы должны быть честным, но вы не должны быть абсолютно честным. Вы должны ответить на их вопросы, но не надо добровольно давать им информацию, о которой они не просили, потому что это значит, что они еще к ней не готовы. Если кто думает, что ты хороший, если ты расскажешь ему всю правду, что еще мы можем сделать?

Это не чудеса. Существует множество способов помочь человеку, не леча его. Надо быть очень внимательными по поводу каждого своего слова. И никогда, никогда не отнимайте надежду у умирающего. Никто не может жить без надежды. Вы не Бог. Вы не знаете, что еще Бог приберег для этого человека, что еще может помочь ему, или, может быть, насколько значимыми могут быть последние полгода его жизни. Они могут изменить абсолютно все вокруг. Вы не просто идете и кидаете им правду в лицо. Мое золотое правило — отвечать на вопросы насколько возможно честно. Если меня спрашивают, каковы их шансы статистически… У меня был прекрасный учитель, который говорил, что из его пациентов 50% живут 1 год, 35% -два года, другие сколько-то там процентов живут два с половиной года и т.п. Если вы достаточно сообразительны и сложите все эти цифры, вы получите на один процент меньше. И один зануда однажды спросил, «Извините, вы забыли, как насчет последнего одного процента». И он всегда отвечал:»Последний процент — на надежду». Мне нравится такой подход. Он никогда не расписывал все 100 процентов. Он был волшебником.

Д.Р. Расскажите, пожалуйста, про центр Кюблер-Росс в Вирджинии. В чем заключается Ваша основная работа там?

К.-Р. Мы строим здание, предназначенное для проведения семинаров. Оно будет находиться на моей собственной земле, так что мне не придется больше путешествовать.

Люди вокруг уже сходят с ума от меня. Меня называют мадам СПИД и говорят, что я от сатаны. Они все Z христиане. На собраниях общины они поднимаются и говорят «Если вы попросите нас позвонить в Скорую помощь, мы этого делать не будем.» Они говорят:»Да, мы христиане, но если вы отправите одного из детей со СПИДом в нашу школу, мы закроем школу.». Да, они мне доставляют мне много неприятностей.

Они дали разрешение на пребывание в доме только 40 человек, и это делает невозможным для меня проводить семинары так, как это запланировано в моем проекте на миллион долларов. Но если это запланировано, это все равно случиться. Мы все равно имеем возможность служить и помогать людям. Мы, по всей вероятности, будем использовать это здание как центр для тренингов. Мы проводим тренинги с огромным количеством людей по всему миру. Мы будем проводить здесь и некоторые семинары. И здание будет использовано по назначение. Но что здесь будет, после того, как они прекратят свои преследования, я не знаю.

Они стреляли в окно моей спальни, потому, что были уверены, что я прячу там детей со СПИДом. Да, это люди, с которыми приходится жить.

Д.Р. Нет ли других мнений по этому вопросу среди здешних людей? Неужели все относятся к Вам настолько негативно?

К.-Р. Я часто посещаю пожилых и больных людей по соседству. И они лучшие соседи, которых может пожелать человек. Но их очень мало. Другие ведут себя тихо потому, что они все зависят друг от друга. Если кто-нибудь осмелится сказать что-нибудь хорошее, его скорее всего пристрелят во время охотничьего сезона. Я уверена, что это лишь агрессивное меньшинство, но остальные так бояться!

Когда я вижу их по отдельности, я понимаю, что среди них есть множество хороших людей. Я живу в лесу одна. Я не боюсь ни медведей, ни охотников. Я чувствую себя очень защищенной.

В конце концов, если кто-нибудь из этой общины заболеет СПИДом, произойдут изменения. Но в моей общине, если у кого-то найдут СПИД, и об этом узнают, его, наверное, линчуют. Этот человек, наверное, предпочтет исчезнуть на целые годы, до тех, пока не появится человек, который будет не в состоянии уехать, может быть это будет ребенок. И тогда, я думаю, что-то начнет меняться. Меняться со временем, если я доживу до этого. Даже если я не доживу…по крайней мере я посадила какие-то семена.

Д.Р. Каковы Ваши дальнейшие жизненные планы?

К.-Р. Я буду продолжать делать свое дело столько, сколько смогу.

Источник: http://www.hospice.ru/?/nid=26&item=57

Модель консультирования по вопросам утраты и смерти, личных изменений и травм.

Д-р Элизабет Кюблер-Росс разработала методы для поддержки и консультирования при личной травме, горе и скорби, связанные с процессом умирания и самой смертью. Она также существенно усовершенствовала понимание и практику в отношении темы смерти.

В 1969 г. Кюблер-Росс описала пять стадий горя в своей книге «О смерти и умирании». Эти этапы представляют собой нормальный диапазон чувств, которые испытывают люди при общении с изменениями в собственной жизни.

Все изменения включают в себя потери на определенном уровне.

Модель пяти стадий горя включает: отрицание, гнев, сделка, депрессия, принятие и распространяется не только на смерть и утрату. Травма и эмоциональный шок являются близкими в выражении влияния на людей. Умирание и смерть для многих людей являются высшей травмой, человек может переживать подобное эмоциональное расстройство, когда имеет дело с множественными жизненными проблемами, особенно если приходится противостоять чему-то сложному в первый раз и/или если случается проблема, угрожающая сфере психологического бессилия, которыми все мы обладаем в разных формах.

Мы часто можем ясно видеть похожую реакцию на гораздо менее серьезные травмы, чем смерть и утрата, например, потеря работы, вынужденное переселение, преступление и наказание, инвалидность и травмы, разрыв отношений, финансовые потери и т. д. Такое широкое применение этой модели делает её достойной для изучения.

Тема смерти, в том числе и наших реакций на неё привлекает серьезный и пылкий интерес. Она понимается, рационализируется и трактуется различными способами.

Эта статья о пяти стадиях горя Кюблер-Росс не предлагается, как абсолютное или полностью достоверное научное знание.

Для разных людей смерть, как и сама жизнь, подразумевает, различные моменты и мысли.

Вы можете взять из этого то, что полезно для вас и помогать другим, трактовать эту информацию в том же духе.

То, что одного человека вгоняет в отчаяние (задача измениться, подверженнее риску или фобия, и т. д.), другому это не угрожает. Некоторые люди, например, любят змей и восхождение на горы, в то время как для других эти чрезвычайно страшные вещи. Эмоциональную реакцию и травму следует рассматривать в относительном, а не абсолютном выражении. Модель поддержки напоминает нам, что точка зрения другого человека отличается от нашей, находимся ли мы в шоке и потрясении или помогаем другим разобраться с их расстройством и огорчением.

Модель пяти этапов скорби изначально была разработана в качестве модели для помощи умирающим пациентам, чтобы справиться со смертью и тяжелой утратой, однако эта концепция также обеспечила понимание и руководство для понимания о предстоящей травме и изменении, и для помощи другим в эмоциональной адаптации.

Когда Кюблер-Росс описывала эти стадии, она объяснила, что всё это нормальные реакции человека на трагические моменты в жизни. Она назвала их защитным механизмом. И именно их мы переживаем, когда стараемся справиться с изменениями. Мы не переживаем эти стадии строго поочередно, точно, линейно, шаг за шагом. Происходит так, что мы погружаемся в разные стадии в разное время и даже можем возвращаться обратно к тем стадиям, которые уже переживали.

Некоторые стадии могут быть пересмотрены. Некоторые стадии могут и вовсе отсутствовать. Кюблер-Росс говорит, что стадии могут длиться разные периоды и могут сменять друг друга или существовать одновременно. Идеально, если удаётся достичь стадии «Принятие» со всеми изменениями, с которыми нам предстоит столкнуться, но часто бывает, что мы зацикливаемся на одной из стадий и не можем двигаться дальше.

Горе людей и другие реакции на эмоциональную травму являются индивидуальными, как и отпечатки пальцев.

Так какая же цель у модели, если она настолько сильно различается от человека к человеку? Модель признает, что люди должны пройти через их собственный индивидуальный путь: примирение со смертью, потерей, и т. д., после чего, как правило, происходит принятие реальности, которая позволяет справиться с горем.

Модель может объяснить, как и почему «время лечит», а «жизнь продолжается». Когда мы больше знаем о том, что происходит, то справиться с проблемой, как правило, немного проще.

Модель «цикл горевания» представляет собой полезный подход к пониманию своей, а так же чужой эмоциональной реакцией на травму и изменения.

Изменение – это неотъемлемая часть жизни и от него не убежать. Если изменение хорошо спланировано и сформулировано, это может принести положительный результаты, но даже, несмотря на планирование, перемены – это тяжелый процесс, включающий принятие и осознание. Эта статья поможет понять кривую изменений Кюблер-Росс (или модель Кюблер-Росс), которая является инструментом для понимания механизма изменений и этапов, связанных с ней.

5 стадий горя

Важно понимать, что мы не движемся линейно по ступенькам шаг за шагом. Человек имеет тенденцию переходить на этапы в произвольном порядке, а иногда может даже вернуться к предыдущему этапу после определенного момента времени. Каждый этап может длиться разный период времени, человек может застрять на определенном этапе и не двигаться.

Краткое описание каждой из 5 стадий горя:

1. Отказ:

«Я не могу в это поверить»; «Этого не может быть»; «Не со мной!»; «Повторно это не может произойти!».

Стадия шока или отрицания – это обычно первый этап в модели Кюблер-Росс и в основном длится не долго. Это фаза защитный механизм требующий время, чтобы переработать неприятную тревожную новость или реальность. Никто не хочет верить, в то, что происходит, и что это происходит именно с нами. Мы не хотим верить в изменения. Эта стадия может повлечь за собой снижение мышления и действий. После того, как спадает первый шок, можно испытать отрицание и возможно сосредоточенность по-прежнему на прошлом. Некоторые люди склонны оставаться в состоянии отрицания в течение длительного времени и могут терять связь с реальностью. Эта стадия похожа на страуса, который прячет свою голову в песок.

2. Гнев:

«Почему я? Это не справедливо!»; «Нет! Я не могу этого принять!»

Когда, наконец, осознание приходит и человек понимает серьезность ситуации, он/она может рассердиться, и на этой стадии происходит поиск виновного. Гнев может проявляться или выражаться во многом. Одни направляют гнев на себя, другие могут направить его на окружающих. В то время как некоторые могут быть озлоблены на жизнь в целом, другие могут обвинять экономику, Бога, партнёра. Во время этой стадии человек находится в раздражительном, расстроенном и вспыльчивом состоянии.

3. Сделка (переговоры):

«Просто позвольте мне жить, чтобы увидеть, как мои дети получат диплом.»; «Я сделаю все, если ты дашь мне больше времени, еще несколько лет.»

Это естественная реакция того, кто умирает. Это попытка отсрочить то, что неизбежно. Мы часто видим такого же рода поведение, когда люди сталкиваются с переменами.

Мы ведём переговоры для того, чтобы отсрочить изменения или найти выход из ситуации.
Большинство из этих сделок – тайное соглашение или договор с Богом, другими, или жизнью, когда мы говорим: «Если я пообещаю сделать это, то эти изменения не произойдут со мной».

4. Депрессия:

«Мне так грустно и печально, зачем мне беспокоиться о чём-то?»; «Какой смысл пытаться?»

Депрессия – это стадия, в которой человек склонен чувствовать печаль, страх, сожаление, чувство вины и другие негативные эмоции. Человек может полностью сдаться, теперь он может достигнуть тупика; на этом пути дорога вперёд кажется тёмной и мрачной. Может демонстрироваться безразличное отношение, замкнутость, отталкивание других и отсутствие волнения к чему-либо в жизни. Может показаться, что это низшая точка в жизни, из которой нет пути вперед. Некоторые признаки депрессии включают в себя печаль, низкую энергию, чувство демотивации, потеря веры и т. д.

5. Принятие.

«Всё будет хорошо»; «Я не могу бороться с этим, но я могу подготовиться к этому»

Когда люди осознают, что сражение с изменением, которое приходит в их жизнь не даёт результатов, они принимают ситуацию целиком. Впервые люди начинают учитывать свои возможности. Это как поезд, въезжающий в тоннель. «Я не знаю, что там за поворотом. Я должен двигаться дальше. Мне страшно, но нет выбора. Надеюсь, там есть свет в конце…»

Пока одни люди полностью покоряются ситуации, другие оставшееся время исследуют новые возможности.

Готовность принять всё, что будет дальше.

Помните, Кюблер-Росс говорила, что мы колеблемся между этими стадиями. Когда вам кажется, что вы на стадии принятия, однажды вы слышите новости, которые отбрасывают вас назад к стадии злости. Это нормально! Хотя она не включила надежду в список своих пяти стадий, Кюблер-Росс говорила, что надежда  –  это важная нить, связующая все стадии.

Эта надежда дает веру, что у изменений хороший конец, и что у всего происходящего есть свой особый смысл, который мы поймем со временем.

Это важный показатель нашей возможности успешно справляться с изменениями. Даже в самых сложных ситуациях есть возможность для роста и развития. И у каждого изменения есть конец. Использование этой модели дает людям успокоение, облегчение от того, что они понимают, на какой стадии изменений они находятся, и где были до этого.

К тому же это огромное облегчение   осознавать, что эта реакция и чувства нормальны и не являются признаками слабости. Модель Кюблер-Росс полезна, чтобы определить и понять, как другие люди справляются с изменениями. Люди начинают лучше понимать смысл своих поступков и осознавать их.

Не все согласны с полезностью данной модели. Большинство критиков считает, что пять стадий сильно упрощают широкий спектр эмоций, которые люди могут испытывать во время перемен.

Модель также критикуют за допущение, что она может широко применяться. Критики считают, что далеко не факт, что все люди на земле будут испытывать одинаковые чувства и эмоции. В предисловии книги «О смерти и умирании» говорится об этом и упоминается, что это обобщенные реакции и люди могут давать им разные имена и названия в зависимости от их опыта.

«Чему нас учат умирающие люди? Они учат нас жить. Смерть — это ключ к жизни.»

Элизабет Кюблер-Росс,
(1926–2004).

Источник: http://Pendelson.ru/cognition/articles/career-goals/96-books/50-kuebler-ross-model.html

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *